Nabucco: Заторы на путях транзита

«Нефть России»: Конец прошлого и начало нынешнего года ознаменовались новым обострением отношений между США и КНР. Данное противостояние достигло очередного пика после решения американских властей о продаже Тайваню новейших систем вооружения на 6,4 млрд. долл. и, видимо, станет еще более острым в связи с запланированным визитом далай-ламы в Вашингтон.

Перед этим в глобальных масс-медиа была развернута шумная кампания о том, что при новом президенте Соединенные Штаты заняли чересчур мягкую позицию по отношению к китайцам, вследствие чего те якобы сочли, что теперь “они нужны американцам больше, чем американцы им” и, мягко говоря, “обнаглели”. Так что теперь, мол, Обама просто вынужден “перегибать палку в другую сторону, чтобы снова сделать ее прямой”.

Разумеется, все это - лишь удобный для США “образ реальности”, под прикрытием которого “вашингтонскому обкому” удобнее вести все более напряженную конкурентную борьбу с Пекином, который по итогам 2009 года получил внешнеторговый профицит в 196,1 млрд. долл., и почти вся эта сумма приходится на экспортно-импортные операции с Соединенными Штатами, составляя практически половину американского торгового дефицита.

Многолетние попытки официального Вашингтона хотя бы немного уменьшить эту дыру путем принудительной ревальвации юаня и “антидемпинговых” процедур по отдельным статьям китайского экспорта никакого эффекта не принесли.

Обвинения Китая в нарушении прав человека и национальных меньшинств, “подтвержденные” массовыми волнениями сначала в Тибете, а затем в Синьцзяне, вообще не произвели на пекинских бонз никакого видимого впечатления.

Точно так же не сработала стратегия окружения “красного дракона” и его оттеснения от источников сырья и в первую очередь энергоносителей: китайские товарищи активно работают в тропической Африке, Латинской Америке, Средней Азии, а также в Сибири и на Дальнем Востоке.

В середине декабря прошлого года председатель КНР Ху Цзиньтао совершил визиты в Казахстан и Туркменистан, чтобы подтвердить стратегическую важность запуска магистрального газопровода Туркменистан-Китай. Экспортная “труба” стоимостью 20 млрд. долл. и протяженностью 1300 км, рассчитанная на прокачку до 40 млрд. “кубов” газа в год должна стать одной из важнейших артерий, питающих “голубым золотом” китайскую “фабрику XXI века”.

И очень похоже на то, что именно эта “труба” становится одним из пробных камней глобального американо-китайского противостояния.

Для китайского военного искусства “война есть бесконечный путь хитрости”, а высшим мастерством управления государством выступает одоление врага без применения войск и оружия. Такая победа “в головах и сердцах” требует вскрытия замыслов противника и заблаговременного срыва его планов действовать. А для этого достаточно в нужном месте и в нужное время лишь продемонстрировать мировому сообществу тайные возможности своей разведки и гипотетические угрозы точечного применения силы.

Задачи такой демонстрации на морских путях транзита грузов китайской внешней торговли призваны решать базы ВМФ КНР, о планах развертывания которых на выходе из Персидского залива (Гвадар) и на входе в Малакский пролив было объявлено в 2006 году. Эту же цель демонстрации скрытой угрозы с “потерей лица” американцами преследовало и внезапное появление в октябре 2006 года подводной лодки ВМС КНР перед авианосцем “Китти-Хок” прямо у базы на о. Окинава и “нечаянное” ослепление лазерным лучом американского спутника видовой разведки, а затем и сделанная напоказ ликвидация ракетой с земли собственного, отслужившего срок метеорологического спутника на орбите, предпринятые китайцами в январе 2007г.

В континентальной части перенос стратегической границы КНР за пределы государственной территории на запад Туркестана проявляется в ускоренном оборудовании трубопроводов и железных дорог с китайской шириной колеи, выводящих в Казахстан, Киргизию и далее через Узбекистан в Туркмению и Иран. В 2006 году вступил в строй нефтепровод Атасу (Казахстан)-Душаньцзы (КНР), еще сопряженный с советской трубопроводной системой. А в 2009 году - упомянутый выше газопровод из Туркмении в Китай, идущий полностью в обход российской территории.

И здесь примечательно, что отношения с Китаем преемниками почившего Сапармурада Ниязова названы “бесценным сокровищем”, а строительство газопровода в Китай - “главным заветом Туркменбаши”.

СО СВОЕЙ СТОРОНЫ, американцы будут продолжать попытки отсечь Китай от свободного и неконтролируемого из Вашингтона доступа к источникам сырья. Анализ кризисных воронок политической нестабильности и влияния точек концентрации “трех зол” (международного терроризма, национального сепаратизма и религиозного экстремизма) показывает, что скрытой целью такой нестабильности, де-факто выгодной интересам США, является блокада путей транзита энергоносителей. Так, например, “умиротворение Чечни” произошло аккурат после того, как вступил в строй нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан (Средиземноморское побережье Турции), заменивший поставки азербайджанской нефти по опустевшему нефтепроводу Баку-Новороссийск транзитом через российский Северный Кавказ. Многолетняя зона нестабильности в Чечне и Дагестане позволила склонить мировой Фининтерн вложить деньги в альтернативный маршрут поставок, политически выгодный США, подконтрольный НАТО и ущербный для России. Аналогичный сценарий просматривается и в отношении путей сухопутного транзита нефти и газа в Китай из Ирана и Туркмении. Самый короткий пакистанский маршрут, в который Китаем были вложены миллиарды долларов, сегодня намертво заблокирован американскими войсками, якобы сражающимися против афганских талибов. В случае морской блокады авианосными ударными группами ВМС США путей подачи заморских природных ресурсов на “фабрику XXI века” в Китай именно республики Средней Азии становятся главной транзитной территорией для прокачки нефти и газа с месторождений Иранского нагорья и Каспия. И понятно, что в этой ситуации среднеазиатские страны, намеревающиеся получать долгосрочную выгоду от стабильных платежей за транзит, могут очень скоро оказаться под ударами диверсионных групп, имеющих опору в сепаратистских и экстремистских кругах на местах. Сложный этнический и конфессиональный состав населения в республиках Средней Азии, и особенно в Ферганской долине, а также стойкие антикитайские настроения тюркского населения будут способствовать организации здесь диверсионно-террористической деятельности с задачей блокады путей транзита сырья и топлива в Китай. Поэтому новая “китайская” труба наряду со старыми советскими трубами и вкупе с планами строительства газопровода

Nabucco дает возможность спецслужбам Запада руками Туркмении через растяжку поставок газа либо российскому Газпрому, либо в Китай, либо на Запад управлять регионом по классическому принципу колониализма: “разделяй и властвуй”.

Таким образом, территории Ирана и Туркмении, а также стран, входящих в Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС): Россия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан и Узбекистан, - в условиях предстоящей “войны на путях транзита” становятся, с одной стороны, объектом подрывной и чисто диверсионной деятельности противников Китая, а с другой стороны - объектом охраны стратегического тыла КНР. Ибо тыл - там, где находятся запасы ресурсов и действуют пути их подачи в оперативные эшелоны главных сил, которыми в нынешнем глобальном противоборстве со стороны Китая выступают его трудовой и промышленный потенциал.

Именно поэтому и ШОС, и Организация договора о коллективной безопасности (ОДКБ) приобретают смысл прежде всего международных политических инструментов охраны геостратегического тыла КНР. Складывается парадоксальная ситуация, когда сильный Китай принципиально не может обеспечить свой геостратегический тыл без слабой России, а потому вынужден все плотнее вовлекать ее в свои среднеазиатские дела.

ОДНАКО ДЛЯ ВЫХОДА из-под воздействия тайных сил, направляющих удары “международного терроризма”, одних охранных мероприятий на путях транзита, пусть даже войскового уровня, будет явно недостаточно. Единственно эффективное решение проблемы безопасности путей транзита должно быть асимметрично по отношению к навязываемому Западом странам ШОС и ОДКБ “оборонному мышлению”.

А именно: охрану путей транзита следует поручить самим потенциальным террористам. Китаю, вследствие тяжелой исторической памяти, это сделать будет очень сложно. Россия же имеет положительный опыт “замирения Чечни”, сохраняет родственные чувства с тюркскими народами Центральной Азии и может в структурах ШОС и ОДКБ взять на себя практику преимущественно мирных, но системных и специальных операций по охране тыла.

Понятно, что проведение подобных операций потребует перехода Китая, центральноазиатских республик и России от добрососедских отношений, основанных на политическом доверии и стратегическом взаимодействии, к отношениям искренности и взаимопомощи родственных цивилизаций перед лицом общего врага. А вот к подобному переходу ни в ШОС, ни в ОДКБ сегодня категорически не готовы.

Дело в том, что охрану “бесценного сокровища” добрых отношений братских народов от происков “злых сил” надо начинать с корректировки вопросов не идеологии (которая де-факто разная), но мировоззрения, которое выше идеологии в цивилизационных архетипах и китайцев, и тюркских народов, и русских!

Но тогда придется вести не столько деформационную войну оружия на путях транзита, сколько трансформационную войну смыслов в головах и сердцах людей. А для этого нужно хотя бы уметь различать смыслы “свои” и “чужие”, то есть обладать, как минимум, собственной четко выстроенной системой смыслов, не просто приемлемых, но обладающих общим трансформирующим потенциалом и для посткоммунистического великоханьского Китая, и для постсоветских исламских республик Центральной Азии, и для постлиберальной (давайте называть вещи своими именами), но по-прежнему идеологически прозападной России.

Подобную систему - на базе трансформированного марксизма - почти удалось выстроить Сталину в конце 40-х-начале 50-х годов, и современный Китай, несомненно, в гораздо большей степени является наследником этой системы, чем республики бывшего СССР, включая Российскую Федерацию. Но точно так же несомненно, что Китай не в состоянии просто “развернуть” свою часть этой системы на постсоветское пространство. Здесь нужен новый смысловой прорыв, и его может осуществить только Россия.

Об этом пишет “Завтра”, как передает www.centrasia.ru.

Метки: , , , , , , , , ,

Оставьте свой отзыв!