Российско-иранские топливно-энергетические связи в санкционный период

В результате введенных в отношении Тегерана санкций партнерство России и Ирана в нефтегазовой области сильно пострадало. К сожалению, все совместные проекты в данной сфере сторонами или прекращены, или вошли в финальную стадию, а судьба новых крайне неоднозначна.

 

Но, охарактеризовав текущее состояние и возможные перспективы взаимодействия России и Ирана в сфере ТЭК, можно прийти к выводу, что нефтегазовое сотрудничество двух соседствующих государств вполне оправдано т.к. две страны лидируют по запасам природного топлива, что априори обязывает их взаимодействовать, постоянно развивая и модернизирую данную сферу.

Следует напомнить, что в июне с.г. Совет Безопасности ООН ввел международные экономические санкции в отношении Ирана. Затем последовали односторонние санкции со стороны США, ЕС, и Японии.

Вашингтон стремится перекрывать доступ на американский рынок иностранным компаниям, которые будут поставлять Тегерану бензин или же содействовать нефтепереработке внутри страны.

Брюссель планирует ударить по энергетическому сектору, банкам, грузоперевозкам. Кроме того, иностранным инвесторам, которые решатся вкладывать средства в эти отрасли в Иране, могут грозить штрафы.

Заметим, что Москва считает практику использования односторонних мер санкционного воздействия на Иран неприемлемой и категорически отвергает любые попытки проецировать внутреннее законодательство на третьи страны и использовать санкции против компаний и физических лиц государств, добросовестно выполняющих соответствующие требования резолюций СБ ООН. Тем не менее, международные санкции российская сторона поддержала.

Однако еще до наложения санкций по линии ООН (которые, кстати, не затрагивают нефтегазовую отрасль) крупные мировые и российские нефтегазовые компании, за исключением “Газпрома”, под давлением США прекратили свое сотрудничество с Ираном. Показательным в этой связи является пример с компанией “Лукойл Оверсиз”, которая до недавнего времени совместно с норвежской “StatoilHydro” вела геологоразведочные работы на иранском месторождении Анаран, но вышла из совместного энергетического проекта ввиду экономических санкций, наложенных Вашингтоном. В добавок к этому российская компания перестала экспортировать нефтепродукты в Тегеран.

Сегодня Ирану необходимо сотрудничество с российским бизнесом по причине того, что республика сильно зависит от зарубежных поставок нефтепродуктов ввиду нехватки в стране нефтеперерабатывающих мощностей, несмотря на высокий уровень добычи.

Значимость нефтегазового сотрудничества с Россией для экономики Ирана не оставляет сомнения у его руководства даже несмотря на, казалось бы, жесткую риторику в этой связи некоторых ее представителей. Несмотря на описанный выше прецедент с “Лукойлом Оверсиз”, в перспективе Москва и Тегеран все же обсуждают осуществление совместных проектов в нефтегазовой сфере.

Примечательно, что в июле 2010 г. министр энергетики России С.И. Шматко и министр нефти Ирана С. Мирказеми подписали совместное заявление о сотрудничестве в нефтегазовой сфере. В документе, в частности, говорится о намерении сторон “изучить возможность учреждения совместного банка по финансированию проектов в нефтегазовой и нефтехимической отраслях”, также предполагается возможность продажи на собственных нефтяных биржах части произведенного в обеих странах сырья. В целях сотрудничества возможно и создание совместного предприятия.

По словам г-на Шматко, партнерство между странами по обозначенному направлению практически ничем не ограничено.

Его иранский коллега также заявил, что санкции США никак не повлияли на экономическое и промышленное развитие Ирана.

К примеру, Тегеран официально заявил, что на его территории обнаружены нефтяное и газовое месторождения, чьи запасы оцениваются в 85 млрд долларов.

Нефтяной участок Сумар содержит 475 млн баррелей нефти, из которых 70 млн могут быть извлечены. Причем, если оценить извлекаемые запасы в 70 долларов за баррель, то оценочная стоимость сырья на этом месторождении составит 5 млрд долларов.

На газовом участке Хальган можно ежесуточно добывать 50 млн куб. м. газа в течение 20 лет. При цене в 0,3 доллара за куб. м., стоимость запасов месторождения составит 80 млрд долларов.

Следует отметить, что сегодня Тегеран предпочитает закачивать газ в подземные хранилища или перерабатывать, нежели экспортировать в условиях падающих цен на этот энергоноситель.

Напомним, это не первое предупреждение Ирана прекратить поставки энергоносителей в Европу. Так в начале марта с.г. подобное заявление стало причиной повышения нефтяных котировок на азиатских торгах.

Иран занимает 4 место в мире по объемам нефтеэкспорта, при этом в Иране недостаточно нефтеперерабатывающих мощностей, что привело к тому, что государство импортирует около 100 тыс. баррелей бензина в сутки а это составляет порядка 40% от его общего потребления.

Строительство же новых НПЗ в стране проблематично из-за санкций, запрещающих иностранным инвесторам вкладывать более 20 млн долларов в один энергетический проект.

Надо сказать, что Россия уже несколько лет назад нашла возможный выход для иранской стороны. Еще в 2007 г. появились сообщения о том, что российская компания “Газпром нефть” рассматривает возможность строительства на территории Армении НПЗ мощностью до 7 млн т. нефти в год в районе Мегри, на границе с Ираном. Между тем, раньше армянская сторона предлагала Москве строительство НПЗ, способного перерабатывать от 3 до 4 млн т. нефти в год, однако Россия настояла на увеличении этого показателя.

Заметим, что ежегодные потребности Армении в данном виде топлива не превышают 250 тыс т. В этой связи данный проект следует рассматривать как потенциально имеющий стратегическое значение для соседнего Ирана.

Как планировалось, нефть на НПЗ будут получать из района Тебриза (Иран) по 200-км трубопроводу и транспортировать нефтепродукты обратно в Иран по железнодорожной ветке. Транспортная инфраструктура должна быть построена с участием российских компаний.

Учитывая совместные заявления российской и иранской сторон о развитии нового транспортного коридора, можно с уверенностью считать, что проект “Газпром нефти” де-факто не потерял своей актуальности и сегодня. После подготовки соответствующей юридической базы, коей явилось подписанное министрами двух стран заявление о сотрудничестве, в настоящий момент сделку возможно осуществить и де-юре.

Помимо названного проекта, стороны подробно обсудили сотрудничество в осуществлении операций “swap” с газом, поставляемым с территории Туркменистана в обмен на эквивалентное количество углеводородов, передаваемое “Газпрому” для реализации на юге Ирана.

Помимо этого, Иран всерьез заинтересован привлечением российской стороны к строительству мощностей по производству сжиженного природного газа (СПГ), НПЗ в провинции Гулистан на севере страны, нефтепровода из каспийского порта Нека в порт Джаск в Оманском заливе.

Кроме того, иранские власти готовы рассматривать предложения российских компаний по освоению новых нефтяных и газовых месторождений в Иране на безтендерной основе.

В настоящий момент “Газпром нефть” продолжает вести переговоры с правительством Ирана о деятельности на двух нефтяных иранских месторождениях Азар и Шангуле, договор о разработке которых “дочка” газового монополиста заключила с Иранской национальной нефтяной компанией в прошлом году. Похоже, российская компания серьезна намерена выйти на иранский рынок, что демонстрирует с завидным постоянством. В 2008 г. “Газпром нефть” хотела получить иранский проект “Северный Азадеган”, который в результате достался китайской стороне.

Совместные проекты в сфере нефтегазохимии, в частности на месторождении Южный Парс намерен реализовать “Сибур Холдинг”.

Наиболее крупным проектом можно назвать активизацию “Газпрома” в разработке месторождения Южный Парс, содержащего около 8% мировых и половину всех иранских запасов газа, что составляет порядка 14 трлн куб. м.

Не исключено также, что Россия может стать участником проекта строительства газопровода “Мир”. Так, еще в 2009 г. сообщалось о предварительных переговорах представителей “Газпрома” с иранскими коллегами. Предполагается, что по указанной транспортной магистрали длиною 2,7 тыс. км будет поставляться газ из Ирана в Индию и Пакистан. По предварительным расчетам, мощность сооружения составит 55 млрд куб. м. в год, стоимость проекта оценивается специалистами в 7-8 млрд долларов.

Однако учитывая сложившуюся конъюнктуру, ожидать в скором времени заключения новых весомых сделок в нефтегазовой сфере было бы не вполне логично.

Тем не менее, в западной прессе все же встречаются сообщения о том, что в скором времени российские “Газпром нефть”, “Роснефть” и “Татнефть” начнут поставки бензина в Иран.

Отечественные компании готовы осуществлять поставки нефтепродуктов в Иран при наличии коммерческого интереса. Об этом официально заявляло российское министерство энергетики.

Руководство российских компаний весьма сдержанно и осторожно комментируют заявления министра по поводу будущего экспорта нефтепродуктов, однако не отрицают такого сценария. В “Лукойле” также уверены, что при существенной минимизации имеющихся на сегодня многочисленных политических и экономических рисков, сотрудничество компании с иранской стороной может начаться вновь.

Возможно это или нет, прогнозировать тяжело. Однако одно ясно наверняка. Даже если поставки бензина и топлива из России в Иран будут осуществляться, максимальную выгоду обеим сторонам извлечь не удастся.

Транспортировка углеводородов будет проходить через Каспийское море и по железной дороге через Туркмению и Азербайджан. Следовательно, страны-транзитеры будут пытаться нажиться.

Таким образом, охарактеризовав текущее состояние и возможные перспективы взаимодействия России и Ирана в сфере ТЭК, можно прийти к выводу, что нефтегазовое сотрудничество двух соседствующих государств вполне оправдано т.к. две страны лидируют по запасам природного топлива, что априори обязывает их взаимодействовать, постоянно развивая и модернизирую данную сферу.

Э.О. Касаев  4.09.2010

Источник - Институт Ближнего Востока

Метки: , , , , , , , , , , , ,

Оставьте свой отзыв!