Wall Street Journal: Чтобы «прижать» Иран, надо «нажать» на Россию и Китай

В 1996-м году Конгресс США принял закон об установлении режима санкций в отношении Ирана и Ливии, преследуя целью, в частности, убедить тегеранский режим отказаться от поддержки терроризма. Некоторое время санкции вызывали раздражение у желавших заниматься инвестициями в Исламской Республике. Но вскоре это сошло на нет, так как ни президент Клинтон, ни президент Буш не хотели налагать санкции на наших союзников в Европе, бывших тогда в числе важнейших внешнеторговых партнёров Ирана, - пишет Wall Street Journal.

С тех пор прошло почти пятнадцать лет, главные государства Европы устали от лицемерия Тегерана и начали обрывать деловые связи с Ираном. Даже японцы, всегда сопротивлявшиеся предлагаемым американцами санкциям, недавно приостановили свои новые инвестиционные проекты в нефтегазовой сфере. Но вакуум заполнили Россия и Китай — и эти страны и в дальнейшем будут саботировать санкционный режим, если США не соберутся наказать их за это саботирование.

Вскоре государственным департаментом будет объявлено о том, какие иностранные компании внесены в «чёрные списки» за нарушение ограничений на торговлю с Ираном. Но в госдепе должны понимать, что это бесполезно — выделить и оштрафовать несколько компаний, а главных нарушителей санкционного режима (и стоящие за ним правительства) оставить безнаказанными. Придётся администрации выбирать — или сохранять дипломатическую коалицию с максимально возможной представленностью (с огромными зияющими провалами в санкционном режиме в лице России и Китая), или серьёзно поговорить с Москвой и Пекином.

Царь и бог санкций в госдепартаменте Роберт Эйнхорн (Robert Einhorn) любит повторять, что под угрозой санкций в Иране было сорвано энергетических проектов на общую сумму в шестьдесят миллиардов долларов. По преимуществу в этой цифре отражены решения европейских фирм о разрыве связей с Ираном. Главные внешнеторговые партнёры Ирана в Европе — Германия и Италия — недавно пришли к некому политическому консенсусу (хотя он и хрупок) и поддержали идею ужесточения санкций. Однако предприниматели по-прежнему настороже. Как отметил представитель Федерации инженеров Германии Ульрих Аккерман (Ulrich Ackermann), «если немецкие компании уйдут, не заменят ли нас другие, иностранные компании?» Благодаря России и Китаю ответ на этот вопрос — положительный.

Россия и Китай ясно дают понять, что не отказывают себе в праве доступа к энергетическому сектору иранской экономики. В 2009-м году «Китайская национальная нефтегазовая корпорация» («КННК») заняла место французской Total, подписав контракт на разработку значительной части газоносного месторождения «Южный Парс». Total отказалась от контракта под воздействием давления со стороны официального Парижа и Вашингтона.

«Китайнефть» — внешнеторговое подразделение «КННК» — в 2009-м году не поставляло бензина в Иран, а в 2010-м начало. Аналогично, входящая в состав «Китайской нефтяной и химической корпорации» («Китайнефтехим») и выполняющая аналогичную функцию «Китайнефть» весной 2010-го года также возобновила поставки бензина Ирану — после почти шестилетнего перерыва. По сообщению Reuters, «компания Чжухай чжэньжун» также начала поставлять бензин в Иран, частично — в сотрудничестве с LITASCO, внешнеторговым подразделением гигантской российской нефтяной компании «ЛУКОйл».

С тех пор, как в Вашингтоне был ратифицирован закон о всеобъемлющих санкциях в отношении Ирана, а Совет безопасности ООН принял резолюцию номер 1929 (в преамбуле к которой подчёркивалась «потенциальноая связь между доходами, получаемыми Ираном в энергетическом секторе, и финансированием опасных с точки зрения режима нераспространения ядерного оружия атомных проектов»), российские и китайские официальные лица, не скрываясь, проводили встречи со своими коллегами из Ирана на тему совместных проектов в сфере энергетики.

«Китайнефтехим» разрабатывает нефтеносные месторождения Ирана и помогает этой стране расширять потенциал нефтеперерабатывающих заводов в Тебризе, Араке и Абадане. «КННК» также помогает Ирану повышать добычу нефти, разрабатывая, в частности, важные месторождения в северном Азербайджане, южном Азадегане и Кудаште. «Китайская национальная шельфово-нефтяная комапния» («КНШНК») договорилась с Ираном о совместной разработке месторождений природного газа «Северный Парс» и строительстве заводов по сжижению газа, развитие которых существенно пострадало из-за принятых Евросоюзом в одностороннем порядке ограничений.

Гигантская российская энергетическая компания «Газпром» продолжает рассматривать возможность строительства в Иране дополнительных нефте- и газопроводов, что с точки зрения Тегерана будет иметь исключительную важность, покуда остаётся в силе введённый Европой запрет на передачу технологий, связанных со сжижением газа.

Тем не менее, у правительства США есть возможность нанести России и Китаю существенный ущерб. Для начала: у «КННК» есть дочернее предприятие в Америке — Petrochina, и с 2000-го года оно представлено на Нью-Йоркской бирже. «КННК» обладает 6 процентами акций Petrochina, оцениваемыми приблизительнно в 170 миллиардов долларов. Администрация Обамы или Конгресс могли бы рассмотреть вариант с запретом для «КННК» владеть какими бы то ни было активами в США, в том числе и собственным дочерним предприятиям. Кроме того, можно было бы нанести удар по интересам «Китайнефтехима» и «КНШНК» — их дочерние предприятия тоже котируются на Нью-Йоркской бирже и оцениваются в миллиарды долларов.

«Китайнефтехим» заплатил 1,9 миллиарда долларов и приобрёл нефтяные пески в канадской Альберте; на их разработку выделено 250 миллионов долларов. США — главный потребитель нефти, добываемой в рамках этого проекта.
Администрация Обамы могла бы подтолкнуть испытывающую тревогу из-за атомного проекта Ирана и нарушения им прав человека официальную Оттаву к тому, чтобы она воспользовалась новым законом о санкциях в сфере энергетики и поставила китайские компании перед выбором: или доходные канадские проекты, или иранские. Оттава с лёгкостью могла бы отменить все юридические фикции, позволяющие иностранным компаниям уходить от ответственности, если их материнская компания функционирует в Иране, а дочерние — в Канаде.

Что касается России, то «ЛУКОйл» поставляет бензин более, чем для двух тысяч предприятий в тринадцати штатах США. На все эти предприятия могут быть наложены санкции. Американскому дочернему предприятию «Газпрома» — Gazprom Marketing and Trade — нужно запретить заниматься природным газом в США. Всем нарушившим режим санкций российским и китайским компаниям можно запретить подписывать контракты с государством, а также принудительно оборвать их связи с государственными пенсионными фондами.
Также есть серьёзные основания полагать, что санкции со стороны США могут повредить китайским и российским фирмам. Ведь Москва и Пекин активно боролись (и частично победили) за снятие некоторых ранее введённых и менее значительных карательных пунктов в обмен на поддержку резолюции номер 1929.

Безусловно, любые действия США приведут в бешенство Москву и Пекин, равно как и те элементы в Вашингтоне, который занимались «перезагрузкой» наших отношений с обеими странами. Россия и Китай способны ответить разными жёсткими акциями, способными создать большие сложности для стратегических интересов Америки и Европы. Если Россия начнёт поставлять Тегерану зенитные установки «С-300», например, то это может повлечь за собой нанесение Израилем упреждающего удара по ядерным объектам на территории Ирана.
Но если администрация Обамы не будет делать ничего, или же накажет только мелких российских и китайских нарушителей (а то и швейцарских и венесуэльских, что проще с политической точки зрения), то торговля России и Китая с Исламской Республикой приобретёт такой размах, что сведёт на нет решимость Европы и погубит нашу политику в отношении Ирана.

С самого начала было понятно, что в вопросе, связанном с Ираном, нам придётся вступить в волевое противостояние с Россией и Китаем. Теперь час противостояния настал. Мастера силового подхода в политике — Владимир Путин, Ху Цзиньтао, Али Хаменеи — смотрят и ждут. Ждёт и премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. Однажды ему надо будет решать — терпеть ли наличие у Ирана ядерных ракет, или нет.

Герехт служил офицером в Центральном разведывательном управлении, а сейчас работает старшим научным сотрудником Фонда за оборону демократии. Дубовиц работает исполнительным директором этого фонда и возглавляет существующий при нём проект «Иран и энергия»

Источник: «Нефть России»   Перевод опубликован “ИноСМИ”.

Метки: , , , , , , , , , ,

Оставьте свой отзыв!