“Большая игра” в ЦА: ставки и их значение для Украины

Очевидно, что при сегодняшних темпах экономического роста зависимость Китая от импорта энергоресурсов в ближайшие десятилетия сохранится, что дает основания предположить, что это государство, в случае применения США более жестких мер по отношению к Ирану, будет вынуждено еще в большей степени обращать внимание на запасы углеводородов Центральной Азии. Это будет создавать дополнительные вызовы внешнеполитической стратегии, реализуемой РФ на евразийском пространстве, создавая тем самым почву для дальнейших расхождений между Китаем и РФ.

Недавние события в  Кыргызстане стали  как для мирового сообщества, так и для новых независимых государств очередным индикатором говорящем   о появляющемся «вакууме безопасности» при все более взрастающей роли РФ на евразийском пространстве. Учитывая склонность России вести «игру с нулевой суммой» и тот факт, что  после завершения строительства проектов „Северный поток” и „Южный поток” экономика Украины будет еще в большей степени зависеть от энергопоставок из этой страны, располагает ли наша страна инструментами сдерживания утвердительной политики РФ? Может ли Украина использовать для своей выгоды потенциал складывающихся в этом регионе политико-экономических альянсов? В качестве стартовой точки анализа принимаем тот факт, что помимо РФ и США за сферы влияния в этом регионе  конкурирует также и Китай. Эти глобальные игроки реализуют конфликтующие стратегии, но одновременно являются взаимозависимыми по ряду других вопросов.

«Большая игра» США 

США являются страной, которая зависит от импорта нефти. В 2007г. США импортировали 58% своего запроса в нефти. Поэтому США наряду с другими внешнеполитическими целями определяют безопасный доступ к месторождениям нефти как высокоприоритетный. Стратегия национальной безопасности, озвученная секретарем по национальной безопасности США Р. Гейтсом в июне 2008г. Утверждает: «США необходима свобода действий и стратегический доступ к важным регионам для обеспечения своих национальных интересов … США и дальше будут получать доступ к энергетическим ресурсам, которые являются жизненно важными для мировой экономики ». Сегодня США из стран Ближнего Востока импортирует четверть необходимой нефти. Военные базы в  Катаре, Саудовской Аравии, Омане содействуют реализации экономических интересов США в этом регионе.  Учитывая то, что нефтяные  месторождения Ирана содержат 4,8% мировых запасов нефти  и большие  не изученные месторождения газа, США хотели бы видеть поддержку ядерной программы этой страны другими глобальными игроками минимальной.
В тоже время  из стран Ближнего Востока 45% своего запроса в нефти импортирует  Китай. Самым  негативным разворотом событий для США в регионе, который американские аналитики  открыто признают в одном из своих главных военно-политических  документов “Strategic Challenges: America’s  global security agenda”,  является создание альянса РФ и Китая направленного против США.

Поскольку Афганистан  граничит как с Ираном – потенциальным источником нефти для США,  так и с Китаем – главным  конкурентом США в регионе, то присутствие  международного военного контингента в этой стране-буфере имеет стратегическое для США значение.  Для длительного военного присутствия США (НАТО) в Афганистане  необходимы надежные маршруты  доставки персонала и амуниции.  Один из таких маршрутов проходит через  территорию России и государств Центральной Азии - Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана,   соединяя Балтийские и Каспийские порты с Афганистаном.  Названные  центрально-азиатские  страны  согласились предоставить доступ США к своим аэродромам.  «Ахиллесовой пятой» маршрута является  проход через воздушное пространство РФ.    Второй маршрут  проходит через территорию    Грузии, Азербайджана, Казахстана, Узбекистана.

Центральноазиатские планы  РФ

В своем плане развития энергетической сферы на 2007-30 гг., опубликованном Институтом энергетической стратегии, российские аналитики заявляют о необходимости сохранения контроля России над большей частью газа, производимого в Центральной Азии. А в   Стратегии  Национальной Безопасности РФ до 2020 года российские разработчики политики акцентируют внимание общественности   также и на необходимости пересмотра места, роли и методов единоличного обеспечения Североатлантическим альянсом безопасности на Евразийском пространстве. Используя зависимость ЕС от поставок газа, в качестве инструмента сдерживания НАТО,    РФ активно продвигает энергетические проекты «Северный поток» и «Южный поток». В рамках данной стратегии свободный доступ к запасам газа из Центральной  Азии  имеет следующее значение:  газ, экспортируемый из Туркменистана и Узбекистана по трубопроводам, принадлежащим РФ, позволяет удовлетворить внутреннюю потребность РФ в  этом виде топлива по достаточно низкой цене, тем самым создавая возможность поставлять в ЭС российский газ из месторождений Западной Сибири.

В более широком плане  главенствуюшая роль в Центральной Азии означала бы  для РФ не только контроль над натовскими маршрутами доставки амуниции    в Афганистан, но и возможность размещения в Афганистане своего военного контингента.  Это позволило  бы РФ   выступать  стороной-арбитром влияющим на события в Персидском Заливе,  укрепив  тем самым     свой пошатнувшийся в глазах мировой общественности   имидж супер-государства.

 «Путь на запад» Китая  

Как отмечалось выше, Китай импортирует из стран Ближнего Востока 45% своего запроса в нефти, которая доставляется в Китай по морю.  Иран постоянно подчеркивает, что в случае санкций или военных действий со стороны США,  он заблокирует пролив Хормуз, что остановит  доставку персидской нефти в Китай.  Учитывая то, что политическая нестабильность на Ближнем Востоке,  скорее всего, не будет устранена в ближайшем будущем, а  также желание Китая избежать и  «малаккской диллемы» поставки нефти и газа по наземным маршрутам из  Центральной Азии  являются для китайского правительства очень привлекательными.  Этот регион содержит 4% известных ресурсов в мире, при том, что большая часть запасов Каспийского региона еще не разведана. Предполагается, что к 2015г. эти месторождения потенциально способны поставлять до 4 млн. баррелей в день, что равно ежедневному уровню добычи Ирака и Кувейта вместе взятых.

В соответствии с данными  Статистического бюро Китая за  2008 г. быстрорастущая экономика Китая, демонстрируя 10% ежегодного прироста ВВП,  будет стимулировать повышение роста энергопотребления на уровне около 4-5% ежегодно до 2015 года. В 2000 году   Китай импортировал  30%, а в 2004г. -   уже 46% нефти от своего потребления. Не смотря на то, что сегодняшняя потребность Китая в газе очень незначительна  и составляет только  3% в энергетическом балансе страны, ожидается, что  доля этого источника энергии в нем возрастет до  12% до 2030 г.

Для того, чтобы удовлетворить растущую потребность в углеводородах, а также диверсифицировать маршруты поставок,  правительство Китая начало реализацию программы «Путь на Запад». В ее рамках в конце 2009 г. была завершена  первая очередь газопровода, известного как Центральная Азия – Китай (Туркмено-Китайский газопровод).  Это первый трубопровод, который паралельно с существующим  трубопроводом  Бухара-Ташкент-Бишкек-Алма-Аты поставляет в Китай  газ из Туркменистана через територию Узбекиcтана и Южного Казахстана. Газопровод из Туркменистана будет соединятся с казахской веткой, завершение  которой планируется в 2011 году и будет доставлять газ из нескольких месторождений в Казахстане  в китайскую провинцию Синдзян. Примечательно, что оператором проекта  является Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC), тогда как компании из Туркменистана, а также транзитных стран - Казахстана и Узбекистана будут иметь  50 % доли.  В дополнение к центральноазиатским проектам Китай проявляет экономическую активность и на Ближнем Востоке. Являясь  главным торговым партнером Ирана, Китай  активно инвестирует в газовый сектор этой страны. В 2004 одна из государственных компаний Китая  Жухай Женронг, подписала меморандум о намерениях  инвестировать 20 млрд. В конце 2007 г. и в начале 2008 г. две ведущие китайские энергетические  компании Sinopec и  CNOOC огласили о новых соглашениях с Ираном. При удачной реализации продвигаемых Китаем наземных маршрутов поставок газа по направлению Иран-Туркменистан-Казахстан-Китай   не только  укрепляется энергетическая безопасность этой страны, но и значительно возрастает ее геополитическое влияние в данном регионе. Это прямо противоречит интересам как США, рассматривающих Персидский залив  как источник нефти, так и  затрагивает интересы РФ, управленческая элита которой  помнит страны Центральной Азии в составе СССР, и которой нужен дешевый  центрально-азиатский газ в рамках стратегии сдерживания НАТО.

Значение для Украины

События в Грузии 2008 г и события в Кыргызстане  просигнализировали НАТО о том, что доступность  маршрутов, пролегающих через территории бывшего СССР,  может в любой момент быть поставлена под сомнение.  Эти события также  ясно просигнализировали и о том, что любые усилия, предпринимаемые государствами Центральной Азии, чтобы открыть для себя  дороги или военные  базы США.  будут и в дальнейшем приводить  к наиболее негативной реакции со стороны Москвы,   создавая тем самым все более явные предпосылки для появления военно-политического союза Китая и РФ. Создание такого союза   значительно усложнит, если не сделает невозможным, достижение  задекларированной   в Стратегии Национальной Безопасности США задачи в Персидском заливе. Поэтому в обозримой перспективе США в своих отношениях  с РФ в обмен на более лояльную позицию по  Ирану, т.е., доступ к базам в Афганистане,   будет придерживаться   тактики   вялого реагирования   на утвердительную политику РФ по отношению  к ее  „ ближнему  зарубежью».

Очевидно, что при сегодняшних темпах экономического роста зависимость Китая от импорта энергоресурсов  в ближайшие десятилетия сохранится, что дает основания предположить, что это государство,  в случае применения США более жестких мер   по отношению к Ирану, будет вынуждено  еще в большей степени  обращать внимание на  запасы углеводородов  Центральной Азии. Это будет  создавать  дополнительные вызовы внешнеполитической стратегии, реализуемой РФ на евразийском пространстве, создавая тем самым  почву для  дальнейших расхождений между Китаем и РФ.  Эти расхождения становятся еще более заметными, если учесть тот факт, что ни одна из стран ШОС, при том,  что  РФ по объемам поставляемой нефти является    четвертым  поставщиком  Китая  - около 6,8 % от общего импорта нефти в 2008 г, не поддержала позицию РФ по такому важному для нее вопросу, как признание независимости Южной Осетии и Абхазии во время  летнего саммита 2008 г.

С учетом складывающейся в регионе ситуации такого рода расхождение во мнениях является не чем иным как появившимся для Украины «окном возможностей», которое можно  увеличить  путем постепенного наращивания  товарооборота между Украиной и Китаем.

Александр Шаян,  к.полит.н., Киев.

Источник: Геополитика

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

Оставьте свой отзыв!