Туркменский газ нашел запасный выход. Ашхабад построит газопровод в Индию через Афганистан и Пакистан

“TAPI - это не просто проект в области энергобезопасности,- заявил президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов.- Он имеет огромное геополитическое значение”

Туркмения, Афганистан, Пакистан и Индия подписали соглашение о строительстве Трансафганского газопровода (TAPI), который с 2015 года должен будет доставлять на рынки Южной Азии 33 млрд куб. м туркменского газа в год. Хотя Россия в проекте не участвует, его реализация на руку Москве: TAPI может снизить желание Ашхабада участвовать в лоббируемом ЕС проекте газопровода Nabucco в обход РФ. Впрочем, эксперты сомневаются в успехе TAPI: маршрут трубы проходит через взрывоопасные районы на границе Афганистана и Пакистана.

Подписи под межправительственным соглашением о строительстве TAPI в субботу поставили президенты Туркмении, Афганистана и Пакистана Гурбангулы Бердымухамедов, Хамид Карзай и Асиф Али Зардари, а также примкнувший к ним министр нефти и природного газа Индии Мурли Деора. В тот же день в Ашхабаде министры энергетики четырех стран подписали рамочное соглашение по проекту. Труба протяженностью около 1730 км, пройдя через Афганистан, свяжет туркменское месторождение Довлетабад с населенным пунктом Фазилк на границе Индии и Пакистана. Мощность трубопровода будет составлять около 33 млрд куб. м газа в год, из которых по 14 млрд будут получать Пакистан и Индия, а 5 млрд пойдут на нужды Афганистана. Если строительство начнется в следующем году, труба может быть готова к концу 2015 года.

Участники церемонии не скупились на громкие слова в адрес своего детища. “TAPI - это не просто проект в области энергобезопасности,- заявил господин Бердымухамедов.- Он имеет огромное геополитическое значение”.

Впервые идея проложить трубу, которая вывела бы туркменский газ на рынки Южной Азии, возникла вскоре после распада СССР. Проект лоббировали США, трудившиеся над разработкой маршрутов транспортировки энергоносителей из бывших советских республик в обход РФ - главным успехом этой политики стал запущенный в 2006 году нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД). В марте 1995 года правительства Туркмении и Пакистана подписали меморандум о взаимопонимании, а в августе 1996 года был создан международный консорциум CentGas во главе с компанией Unocal. Помимо американцев в него вошли японские Inpex и Itochu (на пару с Unocal они участвовали в строительстве БТД), корейская Hyundai Engineering and Construction, пакистанская Crescent и “Туркменгаз”. 10% в CentGas получил “Газпром”.

Главным препятствием на пути TAPI являлась гражданская война в Афганистане, однако после взятия Кабула талибами в сентябре 1996 года весь афганский участок трассы будущей трубы оказался в одних руках, и переговоры получили новый импульс. В октябре 1997 года участники CentGas подписали в Ашхабаде соглашение с властями Туркмении, а затем начались переговоры с талибами. Мулла Омар долго выбирал между CentGas и альтернативным предложением от аргентинской компании Bridas. Консорциум при поддержке администрации США убеждал талибов создать правительство национального единства с “Северным альянсом”, а глава Bridas Карлос Булгерони провел год в переговорах с афганскими племенами и почти договорился о том, что трубу никто трогать не станет. Однако соглашения достичь не удалось: в декабре 1998 года о выходе из консорциума объявила Unocal (”Газпром” лишился доли в консорциуме еще раньше, поссорившись с лидером Туркмении Сапармуратом Ниязовым). Окончательно переговоры зашли в тупик в июле 2001 года, за пару месяцев до 11 сентября. А вскоре талибы были сметены американской операцией “Несокрушимая свобода”.

Переговоры о возобновлении проекта TAPI начались сразу после того, как военные США установили контроль над всей территорией Афганистана. В декабре 2002 года Хамид Карзай, Сапармурат Ниязов и тогдашний пакистанский президент Первез Мушарраф подписали в Ашхабаде документ о строительстве Трансафганского газопровода. Однако то соглашение так и осталось на бумаге из-за резкого обострения ситуации в Афганистане, а идею TAPI, казалось, положили на полку.

Новую жизнь в проект смог вдохнуть Гурбангулы Бердымухамедов, возглавивший Туркмению в 2007 году. О TAPI он вспомнил в прошлом году, после того как Россия резко сократила закупки туркменского газа и почти лишила Ашхабад экспортных доходов. После этого господин Бердымухамедов начал лоббировать проект и договариваться с соседями, что и привело к заключению новой сделки. Поддержку проекту оказывает и Вашингтон, о чем в конце ноября на конференции в Ашхабаде заявила помощник госсекретаря США по Центральной Азии Сьюзан Эллиот. “Проекту предстоит проделать большой путь, но выгода от него может оказаться огромной,- заявила она.- Он внесет вклад в развитие Афганистана, даст необходимые энергоресурсы для растущих экономик Пакистана и Индии”. США, судя по всему, заинтересованы в том, чтобы свой энергетический голод Исламабад и Дели удовлетворяли за счет туркменского газа, а не иранского - Тегеран уже несколько лет лоббирует проект газопровода Иран-Пакистан-Индия.

Заинтересована в успехе проекта и Москва. По крайней мере, во время октябрьского визита в Туркмению Дмитрия Медведева вице-премьер РФ Игорь Сечин рассказывал “Ъ”, что “Газпром” готов участвовать в TAPI “и как подрядчик, и как проектирующая компания, и как участник консорциума” (см. “Ъ” от 23 октября). Как объясняли “Ъ” члены российской делегации, интерес Москвы заключается в том, что TAPI может снизить настойчивое желание Ашхабада подключиться к проекту Транскаспийского газопровода, который позволит транспортировать туркменский газ в Европу в обход РФ. И хотя пока “Газпром” не получил предложения войти в консорциум, а туркменский МИД вскоре после высказываний Игоря Сечина распространил заявление о том, что “участие компаний других государств, не являющихся участниками проекта,- прерогатива стран, вовлеченных в проект”, Москву успехи TAPI не могут не радовать.

Впрочем, эта радость может оказаться преждевременной. Дело в том, что подписанные в Ашхабаде договоренности не включают многих элементов - точных дат реализации проекта, размера транзитных ставок, а главное, условий финансирования. На церемонии подписания присутствовал глава Азиатского банка развития Харухико Курода (в 2005 году банк выделил грант на разработку ТЭО проекта), однако о готовности финансировать строительство он ничего не говорил. Теперь участникам TAPI предстоит найти банки и компании, готовые войти в консорциум по строительству трубы. Учитывая ее маршрут, задача будет не из простых, ведь TAPI проходит через кишащую талибами провинцию Кандагар и взрывоопасную зону пуштунских племен в Пакистане. “Невозможно гарантировать сохранность трубы, да и строительство обещает быть крайне трудным”,- говорит аналитик Eurasia Group Мария Кусисто. Правда, источник “Ъ” в МИД Туркмении убежден, что талибы трубе не помеха: “Со всеми можно договориться, отдав часть доходов племенным лидерам, которые возьмут на себя охрану газопровода”.

Александр Габуев

Источник - Газета “Коммерсантъ”

Метки: , , , , , , , , , , , , ,

Оставьте свой отзыв!