Конец Проекта всемирной джамахирии. Будет ли «король королей» биться до последнего вздоха?

…Вместо имитационной демократии Каддафи в 1977 провозгласил в Ливии Социалистическую Народную Ливийскую Арабскую Джамахирию. Сочиненный полковником неологизм «джамахирия» переводится как «государство масс» или, как объяснял значение термина сам Каддафи, «страна, в которой народ обходится без правителя». Прежние законы и традиционные институты власти были упразднены, а власть передана народным конгрессам.

Каддафи изначально провел национализацию всего и вся, кроме жилого сектора, настаивая на том, что сама идея джамахирии не допускает погони за прибылью.

…В отличие от соседей, с ходу отказавшись симулировать конвенциональную демократию — с ее партиями, независимой прессой, выборными должностями и неправительственными организациями, — Каддафи смог быстро зачистить политическое поле до практически стерильного состояния. Поддержание такого статус-кво потребовало меньше жертв, чем постоянная имитация свободы.

…Богатая нефтью и во много раз менее населенная Ливия, в отличие от Египта, могла позволить себе куда более серьезные социальные траты, благодаря которым количество недовольных властью полковника Каддафи оказывалось сравнительно невелико.

Впрочем, такая система просуществовала всего десятилетие, и, чтобы поддержать забуксовавшую экономику, в конце 1980-х ливийцам было разрешено заниматься малым бизнесом

, а в нулевых речь зашла уже и о приватизации более серьезных активов.

Построив не то утопию, не то антиутопию — кому как больше нравится — на территории собственной страны, Каддафи смог всерьез заняться внешней политикой. Естественно, с присущим истинному вождю и лидеру размахом. Будучи отнюдь не единственным обличителем «европейских колонизаторов» и «американских империалистов», Каддафи на протяжении десятилетий был, несомненно, самым дерзким из африканских правителей.

По подсчетам американского Госдепа, внесшего Ливию в число стран — спонсоров терроризма, в 1980-х Каддафи «вмешивался во внутренние дела 45 государств». И это похоже на правду. Он не только спонсировал и снабжал полученным от СССР оружием противостоящих западным странам мятежников и сепаратистов по всему миру, но и не стеснялся признавать это: «На наш взгляд, кто бы ни был против американцев, тот — за нас. Враг твоего врага — твой друг».

Повстанческие организации по всей Африке, баскские и ирландские сепаратисты, сандинисты в Никарагуа, итальянские «красные бригады», палестинские боевики и многие другие вооруженные группировки пользовались всеми видами ливийской поддержки — от политической и финансовой до военной. Одно время на территории Ливии функционировало несколько лагерей, где проходили подготовку порядка семи тысяч «дружественных» боевиков из разных уголков планеты.

Жестокость никогда не останавливала Каддафи — борьба всегда была для него важнее жизней. В 1984 году из окон ливийского посольства в Лондоне была выпущена очередь по демонстрации ливийской оппозиции. Были ранены 11 человек, погибла женщина-полисмен. Британия разорвала все отношения с Ливией. Кульминацией кровавого идеологического противостояния стал организованный ливийцами взрыв на немецкой дискотеке — погибли два солдата с расположенной неподалеку американской базы.

Перчатка была брошена, и США не могли ее не поднять. Это сделал Рональд Рейган, назвавший Каддафи «бешеным псом» и отправивший к берегам Ливии внушительную эскадру, включавшую, в частности, три авианосца. Во время последовавшей вслед за этим бомбардировки Триполи погибли два американских пилота и около сотни ливийцев, в том числе полуторагодовалая приемная дочь Каддафи.

Акцией возмездия вождя революции стал подрыв пассажир­ского лайнера авиакомпании PanAmerican в небе над шотландским городом Локерби — более двухсот погибших. Вслед за американскими санкциями последовали санкции ООН: более чем на десятилетие Ливия де-факто оказалась в международной изоляции. Так провалился силовой проект насаждения всемирной джамахирии.

Перчатка была брошена, и США не могли ее не поднять. Это сделал Рональд Рейган, назвавший Каддафи «бешеным псом» и отправивший к берегам Ливии внушительную эскадру, включавшую, в частности, три авианосца. Во время последовавшей вслед за этим бомбардировки Триполи погибли два американских пилота и около сотни ливийцев, в том числе полуторагодовалая приемная дочь Каддафи.

Акцией возмездия вождя революции стал подрыв пассажир­ского лайнера авиакомпании PanAmerican в небе над шотландским городом Локерби — более двухсот погибших. Вслед за американскими санкциями последовали санкции ООН: более чем на десятилетие Ливия де-факто оказалась в международной изоляции. Так провалился силовой проект насаждения всемирной джамахирии.

Санкции поссорили Каддафи с другими арабскими государствами. Он ожидал от них решительного протеста, они же предпочли промолчать. Каддафи оскорбился: «Время арабского национализма и единства ушло навсегда. Эти идеи, некогда поднимавшие целые народы, сегодня не стоят и гроша. Ливии слишком много пришлось стерпеть от арабов, ради которых она истекала деньгами и кровью».

Впрочем, чего, собственно, он ждал, если еще раньше пререкался с арабскими лидерами по поводу их вялой, зачастую проамериканской позиции по арабо-израильскому вопросу? Саудовского короля Абдаллу он назвал «британским изделием и союзником Америки», а его предшественнику королю Фадху вместо дискуссии прилюдно выпустил в лицо облако сигарного дыма. В знак презрения на один из панарабских саммитов Каддафи и вовсе пришел в белой перчатке на правой руке — чтобы не испачкаться при рукопожатии.

На глобальные уступки за всю свою политическую карьеру Каддафи пошел, кажется, только раз. Правда, на очень существенные. На рубеже веков Ливия была измотана санкциями, а Америка становилась все сильнее. США продолжали давить, причислив Ливию к «оси зла» и намекнув, что именно она станет следующей мишенью после Ирака. И полковник впервые отступил, напоследок кинув камень в заклятого врага: «Известно, что президентом США был безумец Рейган, который получил Альцгеймера и сошел с ума. Теперь он ползает на четвереньках».

Потешив таким образом свое уязвленное самолюбие, он согласился под международным контролем уничтожить ливийскую программу производства оружия массового уничтожения и выплатить $2,7 млрд компенсаций жертвам подрывов двух самолетов и взрыва на берлинской дискотеке. В ответ с Ливии были сняты международные санкции, США исключили страну из списка спонсоров террора и в свою очередь пообещали компенсации жертвам бомбардировок Триполи. Были восстановлены дипотношения, начались прерванные на годы международные визиты и переговоры.

Каддафи вновь сумел вывернуться из тисков судьбы и вытащил экономику страны из ямы. Он отступил, но остался прежним. Вынужденная «дружба» с Западом не изменила лукавого и экстравагантного полковника. Разъезжая по миру, он по-прежнему привозил с собой несколько сотен человек свиты. Его, как всегда, обхаживали четыре украинские медсестры, охранял легион ама­зо­нок-телохранителей, а принимающей стороне приходилось искать не только место для его бедуинского шатра, но и для пары верблюдиц, чье молоко подавали ему на завтрак.

Каддафи продолжал иронизировать над собеседниками, говоря, что «Меркель — очень сильная личность. Скорее мужчина, чем женщина»; признаваясь в любви госсекретарю Райс и называя ее «Ли-иза, моя дорогая черная африканская женщина, к которой по первому зову приползают все лидеры арабских государств»; величая Обаму невежественным или лживым «кенийским братом американской национальности» за его заявления, касающиеся арабо-израильского конфликта.

Не отступился он и от идей «государства масс». «Такие страны, как США, Индия, Китай и Россия, сильно нуждаются в этой нашей системе джамахирии», — утверждал Каддафи. Похоже, что его ставка на мировую революцию не изменилась, просто он решил зайти с тыла: «В Европе 50 миллионов мусульман. Еще 50 миллионов живут в Турции, которая по воле Аллаха интегрируется в ЕС. Есть знаки, что Аллах дарует мусульманам победу в Европе — без мечей, без оружия и без завоеваний: через несколько десятилетий она превратится в мусульманский континент».

И вот, когда казалось, что все худшее — войны, санкции, стагнация экономики, падение цен на нефть и конфликты с соседями — уже позади, как гром среди ясного неба, грянул бунт. Повстанцы захватывают страну, их не могут остановить ни пулеметы, ни гаубицы, ни ракеты…

Каддафи всегда знал, что этим может кончиться. «Я люблю массы и боюсь их, именно так, как люблю и боюсь своего отца. В моменты радости на какую преданность они способны!.. Но какую жестокость они демонстрируют в моменты гнева», — писал он больше двадцати лет назад.

Но почему полковник-миллиар­дер не бежит из страны, почему не отрекается от власти, как это сделали его соседи? Зачем ему этот последний бой, который, кажется, уже нельзя выиграть?

Он уже не раз смотрел в глаза смерти и знает, что она не всесильна. И даже если на этот раз ему не отбиться, то бежать все равно бессмысленно и недостойно. Еще в 1990 году в рассказе «Смерть», впоследствии вошедшем в сборник с символическим названием «Бегство в ад», Муаммар Каддафи рассуждал о ликах смерти и о том, что должно делать мужчине, увидевшему ее перед собой.

«Вывод из всего этого: в большинстве случаев Смерть терпит поражение, когда она появляется с развевающимся черным знаменем среди поднятой над полем боя пыли или в центре урагана. В подобных случаях Смерть, убежденная в своей победе, само­обольщается; она побуждает тем самым своего противника сопротивляться, что и ведет к ее поражению. В этом своем обличье она предстает смелым воином, с которым следует биться до конца, и сопротивление ему в большинстве случаев заканчивается победой. В течение всей жизни следует сопротивляться Смерти, как это делал мой отец, бесстрашно противостоявший ей, пока не достиг столетнего возраста, несмотря на всю ненависть к нему Смерти, пытавшейся покончить с ним, когда ему было только 30 лет. Правильной позицией является сопротивление, а бегство, даже за границу, от Смерти не спасет».

Нет, «король королей» будет биться до последнего вздоха.
Муаммар Каддафи

Родился в 1942 году. В юности участвовал в антимонархических выступлениях и даже однажды был за это арестован. Впоследствии поступил в военный колледж и сделал армейскую карьеру. В 1969 году возглавил военный переворот, свергший монархию ливийского короля Идриса I. Долгое время возглавлял одновременно Совет революционного командования, правительство и Министерство обороны. Затем покинул все посты, получив официальный титул лидера ливийской революции. 

Режим Каддафи долгое время находился в международной изоляции за поддержку международного терроризма и попытки создать ядерное оружие. Санкции были отменены лишь в 2003 году, когда Каддафи отказался от ядерной программы. У Каддафи шестеро сыновей и дочь.

По материалам Русский репортер

Метки: , , , ,

Оставьте свой отзыв!