Нефтегаз как вещь в себе или проблема поиска альтернативы

Ситуация абсурдна -  львиная доля производимой отраслью продукции уходит на прокорм этой самой отрасли

Как сообщило в четверг агентство Bloomberg, в американском парламенте начались слушания нового законопроекта, предполагающего значительное увеличение налоговой нагрузки на ведущие нефтяные компании, работающие в США.

Речь идет о законодательной инициативе Демократической партии, выступающей за отмену ряда налоговых льгот для пятерки крупнейших нефтегазовых компаний - Exxon Mobil, Royal Dutch Shell, Chevron, ConocoPhillips и BP - на общую сумму 21 млрд долларов в течение 10 лет, которые предполагается направить на латание зияющих дыр в федеральном бюджете.

Помимо чисто бюджетных выгод, утверждают демократы, принятие законопроекта положит конец неоправданной и несправедливой в условиях текущей конъюнктуры на мировых энергетических рынках практике субсидирования прибыльных компаний. Последний тезис вполне подтверждает статистика. Так, чистая прибыль крупнейшей по рыночной капитализации нефтяной компании мира Exxon в I квартале текущего года подскочила на 69% - до 10,7 млрд долларов против 6,3 млрд долларов за аналогичный период 2010-го.

Но даже подобные выкладки не кажутся убедительными ни представителям самих нефтяных компаний, ни их республиканским лоббистам, настаивающим на том, что искомое повышение налогов приведет к повышению розничных цен на нефтепродукты для потребителей и сокращению объемов инвестиций в перспективные добывающие проекты.

Но чья бы сторона в итоге ни взяла верх - сенатское голосование по биллю должно состояться уже на следующей неделе - сути вопроса это не меняет. В эпоху тотальных бюджетных недоимок и дефицитов сегодня едва ли не каждое правительство (при наличии такой возможности) считает своим святым долгом взять “природную ренту”, что называется, по максимуму. В свою очередь компании (в нашем случае нефтегазовые) полагают необходимым всеми правдами вывести себя из-под действия новых налогов, приводя примерно одинаковый набор аргументов, связанных с быстро растущими издержками на воспроизводство ресурсной базы и добычу сырья.

Разумеется, большая доля правды в этих доводах есть, учитывая исчерпание сравнительно легкодоступных резервов и необходимость приступать к освоению “трудных” залежей. Дело это, мягко говоря, недешевое. Достаточно взглянуть на планы бразильской Petrobras, которая до 2014 года намерена инвестировать в разработку открытых пять лет назад гигантских нефтегазовых полей на своем шельфе 224 млрд долларов, большая часть которых пойдет на создание буровых платформ и сопутствующей инфраструктуры.

Чтобы оплатить эти расходы в прошлом году компания провела крупнейшее в мире IPO, сумев привлечь 70 млрд долларов, а в ближайшее два года собирается продать облигации на 40 млрд долларов. Таким образом, около половины издержек на то, чтобы добыть нефть, - более 100 млрд долларов - придется покрыть за счет продажи той же добытой нефти. Иными словами, в значительной степени производство создается ради того, чтобы обеспечивать это самое производство.

Подобная конструкция, скажем прямо, выглядит неоднозначно, особенно учитывая порядок крутящихся вокруг этого цифр. Но именно так сегодня, кажется, и устроена мировая нефтегазовая индустрия. И Россия здесь не исключение. Как тут не вспомнить, сколько копий было сломано вокруг отмены нулевых пошлин на экспорт восточносибирской нефти, и знаменитое прошлогоднее высказывание экс-главы “Роснефти” Богданчикова: “Если у нас не будет нулевой пошлины, мы немедленно прекратим финансирование данного объекта (Ванкора)… Волюнтаризм и шапкозакидательский подход здесь неуместны, нефть сама не потечет”. Богданчикова в компании уже нет, пошлины подняли, но нефть течь почему-то не перестала.

Ситуация в области газодобычи еще более показательна. Ведь ни для кого не секрет, что все последнее время одна из самых прибыльных компаний мира “Газпром” успешно лоббировала сохранение льготного (по сравнению с нефтянкой) режима налогообложения, оправдывая его необходимостью осуществления дорогостоящих добычных и транспортных проектов. Часть информации о своих расходах на некоторые из них монополия впервые опубликовала на днях. И цифры эти впечатляют. Так, цена не самого протяженного и сложного газопровода Бованенково - Ухта длиной 2,2 тысячи км в ценах 2008 года обойдется компании в 989,8 млрд рублей.

К этому же неплохо верстается оценка, данная не так давно президентом Российского газового общества Валерием Язевым, согласно которой до половины потребляемого в России природного газа уходит на выработку электроэнергии, необходимой для транспортировки этого сырья потребителям. Абсурдность ситуации, при которой львиная доля производимой отраслью продукции уходит на прокорм этой самой отрасли (примерно то же самое наблюдалось в советских колхозах), на мой взгляд очевидна. И оправдывается она отчасти тем, что производимый товар (скажем, жидкое моторное топливо) сегодня особенно нечем заменить.

Однако проблему поиска альтернативы вполне можно было бы решить, направив на соответствующие изыскания хотя бы часть средств, идущих сегодня на реализацию нефтегазовых мегапроектов. Пример той же Бразилии, создавшей крупнейшую в мире индустрию по производству биоэтанола (и что теперь с ней будет?), весьма показателен. Но чем тогда будет заняться глобальным нефтегазовым гигантам и многочисленным обслуживающим их интересы компаниям и физическим лицам?

В самом вопросе, думается, заключен ответ на то, почему в обозримом будущем мы в массовом порядке не пересядем на электромобили и не начнем отапливать наши дома с помощью энергии солнца и ветра.

ВЛАДИМИР ВОЛКОВ, обозреватель журнала “Большой бизнес”:

Источник: NEWSru

Метки: , , , , ,

Оставьте свой отзыв!