Смена вех в МВФ… должна была произойти в одной форме, но пока произошла в другой

Менее двух недель назад была опубликована статья Джозефа E. Стиглица   “Смена вех в МВФ”:

НЬЮ-ЙОРК. Ежегодное весеннее совещание Международного валютного фонда было отмечено усилиями Фонда дистанцироваться от собственных давних принципов относительно контроля над движением капитала и гибкостью рынка труда. Кажется, под руководством Доминика Стросс-Кана постепенно и осторожно возник новый МВФ.

Около 13 лет назад на совещании МВФ в Гонконге в 1997 году Фонд попытался внести изменения в свой устав, чтобы получить большую свободу действий для того, чтобы подтолкнуть страны к либерализации рынка капитала. Трудно представить более неподходящее время: как раз назревал кризис в Восточной Азии ‑ кризис, который был в значительной степени результатом либерализации рынка капитала в регионе, в которой, учитывая высокий уровень сбережений, не было необходимости.

Это давление поддерживали западные финансовые рынки – и министерства финансов Запада, которые так к ним лояльны. Финансовое дерегулирование в США было первопричиной глобального кризиса, который разразился в 2008 году, и либерализация финансовых и фондовых рынков в других местах способствовала распространению этой «сделанной в США» травмы по всему миру.

Кризис показал, что свободные и беспрепятственные рынки не являются ни эффективными, ни стабильными. Они также необязательно делают хорошую работу при установлении цен (например, пузырь недвижимости), в том числе валютных курсов (которые являются лишь ценой одной валюты, выраженной в другой).

Исландия показала, что ответ на кризис путем введения контроля над движением капитала может помочь малым странам справиться с его воздействием. И «количественное послабление» ФРС США (QEII) сделало распад идеологии освобожденных рынков неизбежным: деньги идут туда, где рынки думают, что прибыль является самой высокой. В условиях бума развивающихся рынков, а также депрессивного состояния Америки и Европы, было ясно, что большая часть новой создаваемой ликвидности направится в новые рынки. Это особенно актуально, учитывая, что кредитный трубопровод Америки остался забитым, а многие сообщества и региональные банки по-прежнему находятся в тяжелом положении.

В результате волна денег в развивающиеся рынки привела к тому, что даже министры финансов и руководители центральных банков, которые идеологически против вмешательства, считают, что у них нет выбора, кроме как сделать это. В действительности, страна за страной теперь принимают решение вмешиваться в той или иной форме, чтобы предотвратить резкое повышения в цене своих валют.

Теперь МВФ благословил такие вмешательства ‑ но, в качестве задабривания тех, кто все еще неуверен в правильности таких действий, Фонд предлагает, чтобы они использовались только в крайнем случае. Напротив, мы должны извлечь из кризиса, что финансовые рынки нуждаются в регулировании и что трансграничные потоки капитала особенно опасны. Такие правила должны быть ключевым элементом любой системы обеспечения финансовой стабильности; использование их только в крайнем случае ‑ это рецепт для сохранения нестабильности.

Существует широкий диапазон доступных инструментов управления движением капитала, и будет лучше, если страны будут использовать портфель из них. Даже если они не в полной мере эффективны, они, как правило, гораздо лучше, чем ничего.

Но еще более важным изменением является то, что МВФ наконец-то связал между собой неравенство и нестабильность. Этот кризис был в значительной степени результатом усилий Америки по укреплению экономики, значительно ослабленной ростом неравенства, путем установления низких процентных ставок и слабого регулирования (обе меры в результате привели к тому, что многие люди стали заимствовать далеко не по средствам). На устранение последствий этой чрезмерной задолженности потребуются годы. Но как напоминает нам другое исследование МВФ, это ‑ не новая модель.

Кризис также поставил под сомнение давние догмы, возлагающие вину за безработицу на жесткость рынка труда, поскольку страны с более гибкой заработной платой, как США, показали результаты хуже, чем северные европейские страны, включая Германию. В действительности, по мере ослабления зарплат рабочим будет еще труднее выплачивать долги, и проблемы на жилищном рынке будут ухудшаться. Потребление будет оставаться ограниченным, в то время как сильное и устойчивое восстановление не может основываться на еще одном долговом пузыре.

Америка и до Великой рецессии имела значительный уровень неравенства, а кризис и способы управления им привели к еще большему неравенству в доходах, что делает восстановление все труднее. Америка создает свою собственную версию недомогания в японском стиле.

Но из этой дилеммы есть пути выхода: интенсификация переговоров между предпринимателями и профсоюзами, реструктуризация ипотеки, использование метода кнута и пряника, чтобы банки возобновили кредитование, реструктуризация налоговой политики и политики расходов, чтобы стимулировать экономику сейчас посредством долгосрочных инвестиций, а также осуществление социальной политики, которая обеспечивает возможности для всех. По состоянию на сегодняшний день, когда почти четверть всех доходов и 40% американского богатства идут всего к 1% получателей доходов, Америка в настоящее время представляет собой «страну возможностей» еще меньше, чем даже «старая» Европа.

Для прогрессистов эти ужасные факты являются частью стандартного списка жалоб с перечислением разочарований и справедливого негодования. Новое состоит в том, что к этому хору присоединился МВФ. Как Стросс-Кан заключил в своем выступлении в Институте Брукингса незадолго до недавней встречи фонда: «В конечном счете, занятость и справедливость являются строительными блоками для экономической стабильности и процветания, политической стабильности и мира. Это лежит в сердце мандата МВФ. Это также должно быть в центре политической повестки дня».

Стросс-Кан доказывает, что он является прозорливым лидером МВФ. Мы можем только надеяться, что правительства и финансовые рынки прислушаются к его словам.

Джозеф Е. Стиглиц – лауреат Нобелевской премии в области экономики, университетский профессор Колумбийского университета и автор книги «Свободное падение: свободные рынки и погружение мировой экономики».

Copyright: Project Syndicate, 2011 www.project-syndicate.org
Перевод с английского – Татьяна Грибова

Метки: , ,

Оставьте свой отзыв!