У США есть “план Б” для Афганистана, Ирака и Турции. Подогревая амбиции нео-османизма

…В самом начале 2011 года в журнале Foreign Affairs была опубликована статья американского отставного дипломата Роберта Блэквила “План “Б” в Афганистане”. Он предусматривает расчленение страны на две части: Север и Запад - под контролем Кабула и США вместе с союзниками, Восток и Юг - под контролем талибов. С одной стороны, появляется шанс продвинуть идею создания пуштунского государства, охватывающего часть территории Афганистана и Пакистана, с другой - через афганских таджиков, узбеков и хазарейцев начать продвижение в сторону Ирана и Средней Азии. Согласно квалифицированным прогнозам, осуществление такого проекта вполне реально, поскольку выписанная схема действий укладывается в логику политики США в регионе Большого Ближнего Востока.

На первом этапе тактическая задача Вашингтона определяется тем, чтобы оставить в Афганистане формальные признаки демократии с центральным правительством, силами безопасности, армией и полицией. На втором - сохранить способность реагировать на “естественный ход процессов”.

Но Афганистан - это недалекое будущее. Настоящее - это Ирак, где после Афганистана побывал глава Пентагона. В Багдаде он участвовал в церемонии спуска американского флага над зданием военного командования, завершая девятилетнюю кампанию США в Ираке. Каковы итоги? Война в Ираке стоила Америке около триллиона долларов и почти 4.500 погибших военных. Формально Ирак стал демократической страной. Власть передана от суннитского меньшинства шиитскому большинству. Единственная политическая сила страны - светская партия “Баас” - разгромлена. Но, как считает ВВС, из-за того, что сейчас у власти шииты, “у Ирака складываются более близкие отношения с соседним шиитским Ираном, чем даже хотелось бы Вашингтону”. Конечно, это не означает, что для всех иракских шиитов светом в конце туннеля является Иран. Большая часть иракских арабов-шиитов настроена патриотично, выступает против какого-либо иностранного вмешательства во внутренние дела Ирака: будь то США или Иран. Некоторые, главным образом связанные с нынешними правящими кругами во главе с премьер-министром Нури аль-Малики круги, как и Хамид Карзай в Афганистане, намерены и дальше продолжать тесное взаимодействие с американской администрацией. Тем не менее, как откровенно признают американские эксперты, у них не было задачи изучать способность правительства во главе с Нури аль-Малики контролировать всю страну. В то же время, по их мнению, реальная власть в Ираке перешла от суннитов к курдам, а не к шиитам, и что в этой стране осуществлена “ливанизация”. В этой связи заместитель премьер-министра Ирака Салех аль-Муталак заявил в интервью американской радиостанции “Сава”, что “Соединенные Штаты должны были вывести свои войска из его страны с ответственностью, а не убегать от нее”. Он считает, что “американцы не оставили после себя в Ираке стабильный политический механизм, и теперь существуют опасения возникновения гражданской войны, которая может расколоть страну”. Это - тоже реально.

Скорее всего, на данном этапе в Ираке следует ожидать возрастающего влияния региональных центров силы, прежде всего Иракского Курдистана. Правда, Эрбиль декларирует, что готов развивать торгово-экономические отношения с Ираном и Турцией, но настороженно относится к любым попыткам нарушения ирано-иракской и турецко-иракской границы в целях преследования курдских повстанцев. Поэтому можно констатировать следующее: в геополитике Ближнего Востоке реально высвечиваются контуры американского проекта Большого Ближнего Востока, и в дальнейшем в этот проект будут постепенно втягиваться Турция, Сирия, Израиль, Саудовская Аравия и страны Персидского залива.

В наиболее щекотливом положении оказывается сейчас Турция. В последнее время Анкара приложила немало усилий для развития взаимовыгодных отношений с Ираком, точнее с Иракским Курдистаном. Но последние события показывают, что сотрудничество по линии силовых ведомств в области борьбы с боевиками турецкой Рабочей партии Курдистана теряет эффективность. Поэтому складывается ощущение, что Анкара запоздала с мирным решением курдского вопроса, что превратило РПК в инструментарий геополитики. Это показал недавний визит в Турцию курдского президента Масуда Барзани. Он отклонил просьбу Анкары о том, чтобы Иракский Курдистан оказал помощь в борьбе против и сборе информации о Рабочей партии Курдистана. Более того, Барзани констатировал: “Мы не государство, но мы осуществляем государственное управление… Мы должны рассчитывать таким образом, чтобы уважать международные законы. И всем курдам необходимо так же рассчитывать в отношении Курдистана”.

Множество вопросов вызывает и политика Турции и в отношении процессов так называемой “арабской весны”. Если судить по очевидным признакам, то в странах, где были свергнуты светские режимы, к власти пробираются “Братья-мусульмане”. В Египте - это уже почти свершившийся факт. “Братья” проявляют активность и в Сирии, которая окунулась в период жесткого внутреннего и внешнего противостояния. Проекты Запада в Сирии, в осуществление которых была втянута Турция, натолкнулись на жесткое противостояние со стороны России и Китая. Самый неожиданный сюрприз, который может получить Анкара из Дамаска, это - перехват Сирией инициативы в дальнейшей динамике развития событий в регионе. Тем более, что - тоже не случайно- внимание Турции начинают отвлекать на других направлениях. На днях премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган направил письмо президенту Франции Николя Саркози, которое посвящено находящемуся во французском парламенте законопроекту, предполагающему уголовное преследование за отрицание Геноцида армян в Османской империи. Турция угрожает отозвать своего посла из Франции и заморозить все связи с Парижем, если французские законодатели одобрят этот законопроект. В то же время Палата представителей конгресса США 13 декабря единогласно приняла резолюцию №306, в которой содержится призыв к Турции вернуть армянские, греческие, ассирийские и сирийские церкви их законным историческим владельцам.

Неслучайно “Братья-мусульмане” стали активно вводить в политический оборот идеи соглашения Сайкса-Пико 1916 года о разделе сфер влияния в Оттоманской империи. Напомним, что вариант этого соглашения выглядел так: “Голубая зона” - прямой французский контроль - Киликия, Ливан, сирийское побережье и большая часть Галилеи. К востоку от этой зоны - в Сирии предполагалось создать арабское государство - французский протекторат (”Зона А”). “Красная зона” - прямой британский контроль - южная Месопотамия, Акко-Хайфа. Территория к востоку от реки Иордан, Негев, Газа и Синай должны были быть объединены в арабское государство (”Зона В” - британский протекторат). Территории к югу от французской “Голубой зоны” - cанджак Иерусалим - должны были быть отданы под контроль международной администрации. Это - “Коричневая зона”. Соглашение Сайкса-Пико должно было вступить в силу только после начала так называемого “Арабского Мятежа”.

Если продолжать мыслить историческими аналогиями, что нынешняя “арабская весна” это, возможно, и есть тот самый “арабский мятеж”, спусковой крючок по дестабилизации обстановки в масштабах всего Ближнего Востока. Кстати, Сайкс считал, что арабам необходимо единство в виде конфедерации арабоязычных государств. Сейчас об этом открыто говорят уже “Братья-мусульмане”. Если наложить на указанные исторические сентенции нынешние события, то высвечивается и роль, которую играют в них Саудовская Аравия и Катар. Эр-Рияд заявляет о готовности после ухода американцев из Ирака активизировать свои связи и контакты с Багдадом, чтобы “сохранить эту страну как часть арабского мира”. Но означает ли это заинтересованность Саудовской Аравии в территориальной целостности Ирака? В свою очередь Израиль, который прочно присутствует в торгово-экономической и других областях в Иракском Курдистане, тоже получает возможность для широкого геополитического маневра.

Что же касается Турции, то Запад, подогревая амбиции нео-османизма, фактически использует эту страну как инструментарий в осуществлении своего проекта по формированию Большого Ближнего Востока. Анкара остро чувствует ситуацию и пытается предпринимать ходы на упреждение некоторых процессов в регионе. Но ее всякий раз загоняют в хвост событий. В Ливии и в Тунисе такую игру вели французы, в Египте - американцы, в Сирии - против выступили Россия и Китай. Вот почему слова, произнесенные главой Пентагона Паннетой на встрече со его турецким коллегой Исметом Йылмазом о том, что “США и Турция являются членами одной семьи” и “сотрудничество в борьбе против терроризма продолжится”, звучат в новом контексте очень многозначительно. Ситуация изменилась, а американские лозунги для Анкары остались прежними.

По материалам Станислав Тарасов ИА REGNUM

Метки: , , , , , , , , , ,

Оставьте свой отзыв!