Турция-Россия-Иран - новый передел Закавказья.


Международная дипломатическая операция по выводу Армении из коммуникационного тупика сорвалась. Запомнившийся миру фотокадр от 10 октября 2009 года, на котором запечатлены министры иностранных дел Армении и Турции, подписывающие армяно-турецкие протоколы, а на заднем фоне стоят улыбающиеся Хиллари Клинтон, Сергей Лавров и Хавьер Солана, потерял свою актуальность. Сегодня СМИ публикуют другие фотографии - толпы, сжигающие национальные флаги Турции и Армении в Ереване и Стамбуле. И это только промежуточный итог. Чем может завершиться закавказский спектакль с участием турецких актеров, тяжело представить, однако, уже сегодня очевидно, что Армении не следует питать абсолютно никаких иллюзий.

В свое время один из известных армянских политологов заметил, что в Закавказье существует всего две проблемы - грузино-российская и армяно-турецкая. К сказанному добавим, что эти две проблемы к тому же и тесно переплетены друг с другом, поскольку, в сухом остатке, являют собой плоды конкуренции России и Турции за влияние в регионе. В указанном контексте, Россия традиционно и с переменным успехом защищает безопасность армян от Турции, а Турция, также традиционно и с таким же успехом, укрепляет грузин против России. Не случайно, события августа 2008 года, когда Россия в жестком силовом режиме подавила Грузию, стали своеобразным стартом для турецкой активности в армянском направлении.

Наблюдая за тем, как строились отношения Грузии и Турции после августовской войны, можно заметить резкий спад интенсивности контактов на военно-политическом уровне. Очевидно, во время боевых действий против России, в Тбилиси ожидали от Анкары - своего основного поставщика оружия и главного проводника в НАТО - чего угодно, но только не блокирования американских кораблей на подходах к Черному морю и выдвижения так называемой “Платформы мира и безопасности на Кавказе”. Тем более, что Платформа эта касалась не Абхазии с Южной Осетией, а Армении, Азербайджана и Нагорного Карабаха. Не могли в Грузии не обратить внимания и на согласованную между Азербайджаном и Турцией остановку нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан и газопровода Баку-Тбилиси-Эрзрум за два-три дня до начала бомбежки грузинской территории российской авиацией. По сути дела, у Грузии на тот момент были все основания подозревать Турцию в предательстве своих интересов. Участившиеся после этого аресты турецких торговых судов и их экипажей - нервная реакция грузинской стороны, которая была достаточно легко устранена назидательной речью главы МИД Турции Ахмеда Давудоглу в Тбилиси.

На деле у Турции были свои задачи, не имеющие ничего общего с защитой Грузии от российского контрудара. Премьер Турции Реджеп Тайип Эрдоган, прибыв в Москву практически в день завершения пятидневной войны, аккуратно актуализировал роль Турции в Закавказье и, по всей видимости, детально обрисовал сферы турецких интересов в сложившейся послевоенной ситуации. Фактически, турецкая политическая элита склонна была рассматривать грузино-российскую войну как весьма удобный момент для решения армяно-турецкой проблемы, составной частью которой и является конфликт вокруг Нагорного Карабаха. Мотивировать необходимость безотлагательного решения армянской проблемы турецкому премьеру было не так уж и сложно, поскольку к тому моменту на территории Грузии были предусмотрительно взорваны мосты, ведущие на армянскую территорию. В кольце блокады оказалась не только экономика республики, но и военная база РФ на ее территории.

Все дальнейшие действия российского руководства - с августа 2008 года и до нынешнего момента - могут свидетельствовать о, как минимум, активизации усилий Москвы в карабахском процессе. Была подписана печально известная Майендорфская декларация, не возымевшая никакого практического эффекта, состоялось несколько раундов встреч на высшем уровне, в том числе в Сочи, где была выдвинута необходимость обновления Мадридских (базовых) принципов урегулирования карабахского конфликта. Однако Турция не видит ощутимых результатов российской посреднической миссии и, судя по реакции главы МИД этой страны, собирается призвать Москву к более активной работе. “Турецкое руководство намерено обсудить с президентом России Дмитрием Медведевым в ходе предстоящего в мае его официального визита в Анкару проблему урегулирования карабахской проблемы”, - заявил 26 апреля министр Давудоглу, выступая в турецком парламенте. “Мы рассматриваем эту проблему как собственную, и будем продолжать держать ее в повестке каждой платформы”, - сказал министр. “Мы очень надеемся, что господин Медведев предпримет все необходимые шаги в этом направлении. Потому что стабильность на Кавказе отвечает интересам всех стран региона”, сказал он. “Мы против продолжения действующего статус-кво на Кавказе”, - заявил глава турецкой дипломатии.

Примечательно, что данная речь Давудоглу о неприемлемости сложившегося “статус-кво на Кавказе” была произнесена в день визита министра иностранных дел Грузии Григола Вашадзе в Анкару. Очевидно, статус-кво с решенным грузино-российским конфликтом, но активным армяно-турецким не устраивает Турцию, а нарушить его в сложившейся ситуации особых трудов не составит. Интересно также и то, что ни в Москве, ни в Ереване на озвученную Давудоглу повестку переговоров с российским президентом не отреагировали.

Тем временем, министр обороны Азербайджана Сафар Абиев перешел от прямых угроз в адрес “карабахских сепаратистов” к угрозам в адрес страны-члена ОДКБ Армении. 23 апреля он заявил, что азербайджанская армия оснащена самыми современными видами вооружений, в том числе бронетехникой, зенитно-ракетными установками и авиацией и располагает возможностями “поражать любые цели на территории Армении”. Абиев также сообщил, что на недавних военных учениях с участием всех видов войск отрабатывались, помимо прочего, и “наступательные действия”. Он информировал об усилении потенциала разведывательных подразделений, оснащения их самыми современными средствами, в том числе беспилотными самолетами, “обучении военных кадров армянскому языку”. Как заверил Абиев верховного главнокомандующего Ильхама Алиева, вооруженные силы Азербайджана “способны выполнить задачу по освобождению оккупированных территорий Азербайджана”.

Здесь стоит обратить внимание на то, что армяно-азербайджанская экспертная полемика относительно карабахской проблемы с недавних пор вовсе потеряла рациональное содержание и вращается вокруг выбора потенциальных мишеней на территориях двух стран. В этой связи называются различные стратегические объекты, в том числе нефтепроводы, газопроводы и даже атомная станция. На эти рассуждения не стоило бы обращать никакого внимания, если бы министр обороны Абиев не угрожал ударами ракетной артиллерии по армянской территории. Между тем, практически вся стратегическая инфраструктура Армении - АЭС, газопроводы, железная дорога, коммуникационные вышки, высоковольтные электрические сети и гидростанции - тем или иным образом, частично, либо полностью принадлежат России. И в данном случае не совсем понятно, куда именно будет целиться Абиев. Еще более непонятно молчание, с которым встречены в России угрозы азербайджанского министра. “Наступательная операция” ВС Азербайджана против Армении, согласно Уставу ОДКБ, является наступательной операцией против самой России. Об остальных участниках оборонного блока здесь говорить не следует, хотя тот же Казахстан, возглавляющий ОБСЕ и заявивший о приоритете обеспечения безопасности в зоне карабахского конфликта, своим молчанием заведомо и изначально свое председательство в ОБСЕ уже провалил, не говоря уже о девальвации своей функции в ОДКБ.

Так или иначе, после грузино-российской войны, приведшей, как уже было сказано, к очевидному росту региональных амбиций Турции и началу плотного обсуждения карабахской проблемы в российско-турецкой двусторонней повестке, Армения оказалась, мягко говоря, в весьма затруднительной ситуации. В этих условиях американская инициатива по нормализации армяно-турецких отношений в отрыве от карабахской проблематики могла показаться армянской стороне настоящим “спасательным кругом”. Между тем, и у США в этом регионе на тот момент были свои сложности и свои перспективные расчеты.

Американская стратегия развертывания на Кавказе, выстроенная с упором на территорию Грузии, с августа 2008 года стала трудновыполнимой и входящей в жесткий конфликт не только с российскими региональными интересами, но и непосредственно пограничной безопасностью самой России. Война в Грузии показала, что администрация Джорджа Буша не до конца просчитала последствия своей политики. Марш-бросок российских войск к американской базе Сенаки и ее уничтожение практически на два года выключили Грузию из внешнеполитической орбиты США. Целесообразность дальнейшего использования грузинской территории как опорного регионального плацдарма, стала предметом нового изучения в Вашингтоне. Пока процесс этот не завершен и свидетельством тому вакуум, в котором пребывает грузинская внешняя политика. Неожиданно лишившись предмета “стратегического” диалога с Вашингтоном, грузинская правящая элита была вынуждена вернуться к суровой реальности, заново определять внешние приоритеты, но уже в узком региональном пространстве - между Россией, Турцией и Ираном, с оглядкой на положение Азербайджана и Армении. И вот, пока Михаил Саакашвили пытается заново внушить американцам всю незаменимость грузинского военного и транзитного потенциала, глава МИД Грузии проводит консультации в Тегеране и Анкаре, а грузинская политическая оппозиция в широком составе ищет контакты в Москве и участвует в форумах в Санкт-Петербурге.

В свою очередь США, потерявшие равновесие в Грузии, и будучи изначально лишенные возможности полноценно работать со сложным партнером - Азербайджаном, стесненным иранским и турецким влиянием, обратили свой взор на Армению, к тому времени оказавшуюся в довольно печальном состоянии. Однако, как показали события последнего года, надежда американцев использовать свой традиционный рычаг - проблему признания Геноцида армян, а также свои лоббистские возможности в Европе (неожиданное признание Швецией армянского Геноцида - плод американского, а не армянского лоббизма) к ожидаемым результатам не привели. Турция плотно привязала процесс нормализации отношений с Арменией к карабахскому вопросу, а на усилия США ответила целым рядом антиамериканских действий, в частности, установила беспрецедентно теплые отношения с Ираном и Россией, усилила антиизраильскую риторику, разгромила американо-израильский оплот в турецких военных кругах и тд.

Россия, формально поддержав американскую инициативу по нормализации армяно-турецких отношений, в реальности, сыграла в этом процессе двоякую роль. Москва начала интенсивное сближение с Азербайджаном, власти которого весьма нервно отреагировали на американские планы добиться разблокирования Армении в отрыве от процесса урегулирования карабахского конфликта. Чувствуя поддержку со стороны российского полюса, Баку без опасений развернул мощное давление на Турцию. Хотя, на самом деле, азербайджано-турецкие “противоречия” последнего периода, чудесным образом снятые с повестки дня, в частности в газовой сфере, после провала армяно-турецкого диалога, совершенно спокойно могли бы быть и согласованными действиями, целью которых была демонстрация невозможности американского плана в целом.

В итоге, необходимо констатировать, что армяно-турецкий переговорный процесс был заведен в тупик усилиями Анкары и Баку, с молчаливого согласия Москвы. Было совершенно очевидно, что Ереван ратифицирует протоколы в том виде, в котором они были подписаны в Цюрихе в октябре 2009 года сразу после того, как они будут приняты турецким парламентом. Однако опасения Еревана оказались вполне оправданными. Премьер-министр Турции Эрдоган в присутствии американского лидера Барака Обамы прямо заявил, что турецкий парламент ратифицировать документы не собирается, пока не будет решен карабахский вопрос. Главе армянского государства оставалось лишь одно, вывести протоколы из оперативной повестки армянского парламента, что он и сделал по возвращении из США. Протоколы остались в большой повестке армянского парламента в надежде на то, что США своими активными действиями вновь призовут их к жизни. Впрочем, надежд на это практически нет.

Обобщая ситуацию в Закавказье, сложившуюся после событий августа 2008 года и провала американской инициативы по разблокированию армяно-турецкой границы, выделим следующие положения:

1. Проблема урегулирования нагорно-карабахского конфликта встала на региональной повестке с особой остротой. При этом Турция и Азербайджан практически в ультимативной форме требуют от России оказать давление на Армению. Россия после войны с Грузией оказалась лишенной поля для маневра. Балансирование между Азербайджаном и Арменией в определенной мере потеряло смысл, поскольку в условиях массированного вовлечения в процесс Турции, Ереван и Баку перестали быть равнозначными с военно-политической точки зрения региональными полюсами. Отсутствие уже не только наземной, но и безопасной воздушной связи с Арменией лишает Россию возможности полноценного снабжения своей военной базы в Гюмри, а в случае возобновления боевых действий оперативно-тактического пространства.

2. Резкое ослабление американского фактора способствовало регионализации нагорно-карабахской проблемы. Азербайджан лоббирует подключение к процессу Турции. С другой стороны, о готовности стать посредником в процессе, а фактически о своем праве участвовать в новом региональном переделе заявил Тегеран. Риторическое согласие Азербайджана на иранскую инициативу - ярко-выраженный антиамериканский ход, свидетельствующий о том, что азербайджанская сторона всячески старается вывести из процесса США и Францию, усилить свои позиции в регионе путем сближения с Турцией, Ираном и Россией одновременно.

3. Согласованное Баку и Анкарой торпедирование приоритетного для Европы газового проекта NABUCCO было призвано удержать европейские страны от давления на Турцию в вопросе разблокирования армяно-турецкой границы. Здесь “жесткая” позиция Баку, долгое время не подписывающего газовые соглашения с Турцией, сыграла функцию громоотвода для Турции. Буквально на следующий день после провала армяно-турецких переговоров Азербайджан и Турция оформили необходимые соглашения.

4. Ослабление американского влияния в регионе категорически противоречит интересам Грузии. Президент Саакашвили провел в США более трех недель, стараясь способствовать возвращению Вашингтона к активным действиям. В данном случае Саакашвили опосредованно играет в интересах Армении. Новая дестабилизация Грузии в условиях консолидированного азербайджано-турецкого политического наступления может привести Армению к плачевным последствиям. США некоторым образом разбавляли жесткие региональные реалии, позволяя Еревану долгое время балансировать во внешней политике.

5. Турция всячески накаляет обстановку, стараясь призвать Россию к выполнению устных договоренностей, достигнутых в августе 2008 года. Незадолго до официального визита президента РФ Дмитрия Медведева в Анкару, турецкие власти актуализировали проблему Нахичевани, фактически объявив себя гарантом безопасности этой автономной республики в составе Азербайджана. Обвинив Армению в том, что она представляет угрозу безопасности этого анклава, лишенного всяческой связи с Азербайджаном, Турция фактически назвала легитимный повод для возможных действий против Армении. Вместе с тем, Турция открыто заявила свои права на Нахичевань, ссылаясь на положения Карского договора, что можно расценивать в качестве своеобразного сигнала Азербайджану, демонстрирующего в последнее время некоторую степень самостоятельности во внешней политике.

6. Турция представляет долгосрочную угрозу и для Грузии, усиливая свое политическое и экономическое присутствие в Аджарии. Очевидно, в случае масштабной дестабилизации региональной ситуации, Анкара предъявит свои права и на эту территорию - в той же логике, что и в случае с Нахичеванью, и со ссылкой на тот же документ.

7. 8 мая 2010 года в Москве планируется встреча президентов Армении, Азербайджана и России. В мае ожидается также визит президента РФ Дмитрия Медведева в Турцию. Российскому президенту предстоит непростая задача. Сложность ее заключается в том, что переговорные позиции Еревана и Баку за почти 20 лет переговоров не сблизились ни на йоту. Ключевой вопрос - проблема будущего статуса Нагорного Карабаха. Риторика азербайджанского руководства не оставляет никаких сомнений в том, что официальный Баку в этой части на уступки идти не собирается, даже если статус будет определяться в результате отложенного во времени референдума и уже после поэтапной сдачи Азербайджану контролируемых армянской стороной районов - пояса безопасности Нагорного Карабаха. Возможность силового решения проблемы, по-прежнему, представляется Азербайджаном в качестве приемлемого варианта развития событий, о чем и периодически заявляется на самом высоком уровне. В этих условиях сдача пояса безопасности представляется для карабахских армян губительной затеей.

8. В условиях политического, дипломатического и коммуникационного тупика, а также непрогнозируемого исхода российско-турецкой региональной конкуренции, Армения и Карабах могут уповать исключительно на свои вооруженные силы. Реальная угроза срыва статус-кво в зоне нагорно-карабахского конфликта уже подтолкнула власти Армении к ряду превентивных действий. В частности, министерство обороны Армении выступило с инициативой увеличения призывного возраста с действующих 27 до 35 лет. Также планируется изменить порядок отсрочки от военной службы для студентов государственных вузов и курсантов полицейской академии.

Виген Акопян

Источник - ИА REGNUM

Теги: , , , , , , , , , , , , ,

“Южный поток” перекроют для третьих лиц. Конкурирующий Nabucco такие льготы уже получил


“Газпром” будет добиваться отмены норм Евросоюза для австрийского участка газопровода South Stream. Эти нормы обязывают допускать к прокачке газа третьих лиц, что снижает окупаемость проекта. Конкурирующий европейский проект газопровода Nabucco аналогичные разрешения по всем странам, где должен пройти, получил еще в 2008 году. “Газпрому” это только предстоит, но от него, полагают эксперты, Евросоюз может потребовать взамен уступок в переговорах о поставках газа.

Газопровод South Stream пропускной способностью 63 млрд кубометров должен пройти от Черноморского побережья России до Болгарии, затем продлиться до Италии и Австрии. Стоимость проекта, по оценке “Газпрома”, составит €8,6 млрд. Подписаны соглашения по реализации South Stream с Болгарией, Сербией, Венгрией, Словенией, Грецией и Хорватией.

Статус TEN присваивается Еврокомиссией ключевым проектам, направленным на обеспечение устойчивого развития и надежности поставок природного газа европейским потребителям. Конкурирующий с South Stream проект Nabucco получил такой статус еще в феврале 2008 года по запросу властей Австрии, Румынии, Болгарии и Венгрии. Аналогичный статус присвоен и двум российским газопроводам - Nord Stream (в частности, в отношении наземного участка на территории Германии, газопровода Opal) и Ямал-Европа.

Освобождение от доступа третьих сторон предусмотрено Газовой директивой ЕС для крупных инфраструктурных проектов.

Наталья Гриб, Седа Егикян, Евгений Хвостик
Полный текст - Коммерсантъ

Теги: , , , , , , , ,

Канада-Россия: напряжённость вокруг Арктики растёт.


Новая линия напряжения в отношениях между Канадой и Россией появились в среду, после того, как российский президент Дмитрий Медведев на заседании Совета Безопасности сказал, что Россия должна быть готова защищать свои интересы в Арктике.

Медведев предсказал, что изменение климата вызовет дальнейшие конфликты, поскольку таяние льда делает доступными для исследований всё новые и новые районы.

“Прискорбно видеть попытки ограничить доступ России к исследованиям и разработке арктических минеральных ресурсов” сказал он. “Это абсолютно недопустимо с юридической точки зрения, и несправедливо с точки зрения нашего географического положения и истории”.

В ответ Канада заявила, что она подтвердит свой суверенитет над Дальним Севером (вопрос, который считается спорным) на предстоящей встрече на высшем уровне пяти арктических стран, которая состоится через две недели в Челси (Квебек), недалеко от Оттавы.

“Суверенитет Канады над землями, островами и водами канадской Арктики является давним, неоспоримым и основанным на исторических документах ” сказала агентству Canadian Press г-жа Кэтрин Лубьер, представитель министерства иностранных дел Канады.

“Наше правительство ориентировано на раскрытие истинного потенциала Севера, как здорового, преуспевающего и безопасного региона в сильной и независимой Канаде. Мы очень серьёзно воспринимаем нашу ответственность за будущее этого региона».

Лубьер отметила также, что Канада создаёт высокоширотную арктическую исследовательскую станцию “мирового класса”, продолжает наносить на карту “наши северные ресурсы и воды” и принимает меры, чтобы уменьшить загрязнение окружающей среды и увеличить безопасность судоходства в этом регионе.

Правительство также объявило о создании флота арктических патрульных судов, глубоководного порта, расширении и переоснащении службы канадских рейнджеров.

“Министры иностранных дел государств бассейна Северного Ледовитого океана, как ожидается, обсудят эти проблемы, когда они встретятся 29 марта в Челси” сказала она.

Это последнее обострение между Канадой и Россией возникло, в то время как Кэннон (министр иностранных дел Канады. прим.перев.) готовится провести переговоры с министрами иностранных дел четырёх других арктических прибрежных государств — России, Соединенных Штатов, Дании и Норвегии.

Действительно, все пять арктических стран претендуют на этот сказочно богатый регион (эксперты считают, что в Арктике содержится четверть земных запасов нефти газа).

Источник: “CBC.ca”, Канада - 26 марта 2010 г.  “Canada-Russia Arctic tensions rise”

Адрес в Переводика: http://perevodika.ru/articles/13310.html?sphrase_id=2591

Теги: , , , ,

РОССИЯ И АЛЖИР. Имеется немало направлений, по которым сотрудничество двух стран может выйти на новый этап


19 апреля, в алжирском Оране прошла 10-я министерская встреча Форума стран-экспортеров газа, в которой приняли участие министры энергетики 11 государств-участников. Страна-хозяин очередной встречи, Алжир, входит в первую тройку ведущих партнеров России в Африке. Имеется немало направлений, по которым сотрудничество двух стран может выйти на новый этап, считает эксперт МГИМО (У) МИД России Эльдар Касаев

ТЕКУЩИЕ ПОКАЗАТЕЛИ
Объем ежегодного экспорта из России в Алжир превышает 300 млн долларов. При этом его структура разительно отличается от традиционного российского. Почти половина приходится на целлюлозу, картон, пиломатериалы, прокат черных металлов, треть - на продовольственные товары, сырье же составляет лишь около 5%. Несколько лет назад наша страна списала Алжиру долг в размере 4,7 млрд долларов в обмен на закупки им вооружения на сумму около 5,5 млрд долларов.
Тем не менее, объемы внешней торговли и экономического взаимодействия двух стран можно назвать скромными, и не отражающими имеющегося экономического потенциала и уровня политических отношений двух стран. После того как в России стабилизировалась экономическая ситуация, а в Алжире была практически достигнута политическая стабильность, становится очевидным, что наступило время для возвращения России на традиционный для нее алжирский рынок. К тому же Россия стала активнее участвовать в процессах на Большом Ближнем Востоке и в районе Арабского Магриба.
Остаются неиспользованные возможности для наращивания объемов товарооборота. В последние годы сложилась ситуация, когда значительная доля российских товаров поступает в Алжир не напрямую, а через страны-посредники. Вследствие этого некоторая часть доходов поступает в бюджеты этих стран, а не в российскую казну.

ОБОЮДНЫЕ ИНТЕРЕСЫ
Политические позиции России и Алжира совпадают по многим вопросам. Государства выступают за справедливый мировой порядок на основе многополярности, повышение роли ООН в международных делах, они имеют сходные подходы в разрешении ближневосточного конфликта, ситуации в Ираке, содействуют миротворчеству на африканском континенте.
Алжир поддерживает участие России в деятельности Организации Исламская конференция в качестве наблюдателя, которое призвано открыть новые возможности для развития отношений России с исламским миром и налаживания “диалога цивилизаций” в целом. Россия, в свою очередь, как член “большой восьмерки”, поддерживает инициативы Алжира, направленные на развитие африканских и ближневосточных стран.
В ходе визита в Алжир специального представителя Президента РФ по вопросам международного сотрудничества в борьбе с терроризмом и транснациональной организованной преступностью А.Е. Сафонова была создана двусторонняя рабочая группа по борьбе с терроризмом.
В последнее время значительно повысилось качество деловых контактов между представителями российских и алжирских бизнес-кругов. Ведущие российские компании выразили намерение инвестировать средства в такие области, как высокие технологии, телекоммуникации, водные ресурсы, химическую промышленность, строительство, машиностроение, сельское хозяйство. Однако особый интерес российских инвесторов, по понятным причинам, вызывает углеводородный сектор стремительно набирающей обороты алжирской экономики.

РОССИЙСКИЕ ИГРОКИ
Из отечественных компаний наиболее широко на энергетическом рынке Алжира представлены “Роснефть” и “Стойтрансгаз”, которые являются партнерами “Газпрома”. Представители “Роснефти” входят в состав рабочих групп, занятых реализацией российско-алжирских проектов. Рабочие группы встречаются два раза в год, попеременно в Москве и Алжире.
“Стройтрансгаз” выиграл проводимый алжирской компанией “Сонатрак” тендер на проектирование, поставку оборудования и сооружение северного участка очередной нитки магистрального нефтепровода, соединяющего крупнейшее алжирское месторождение Хасси Мессауд с нефтяным терминалом Арзев на побережье Средиземного моря. “Стройтрансгаз” вышел победителем в конкурентной борьбе за этот проект с американской компанией “Willbross”, предложив алжирской стороне наиболее выгодные по сравнению с американскими коммерческие условия - 79 млн долларов (американские условия - 98 млн).
Кроме того, альянс “Роснефти” и “Стройтрансгаза” выиграл тендер на разведку, разработку и добычу углеводородов на территории блока “245-Юг” (на юге Алжира недалеко от ливийской границы). Российские компании создали для освоения этого проекта совместное предприятие “Роснефть-Стройтрансгаз Лимитед” (РН-СТГ). Позднее между РН-СТГ и “Сонатрак”, выступающей от лица правительства Алжира, был подписан контракт на условиях соглашения о разделе продукции (СРП) на освоение блока “245-Юг”. Извлекаемые запасы блока оцениваются в 47 млн т нефти, общая стоимость проекта - 1,03 млрд долларов.
Важно отметить, что не так давно “Стройтрансгаз” вышел победителем тендерных торгов на строительство газопровода Сугер - Хаджерет - Эннус в рамках международного проекта “Медгаз”, предусматривающего поставки алжирского газа в Испанию и другие европейские страны. Российский консорциум на этом тендере предложил более выгодные и технологически приемлемые условия по сравнению с фирмами из ОАЭ, Испании и Алжира.

УГЛЕВОДОРОДНЫЕ ЗАПАСЫ АЛЖИРА
 Российские компании “Лукойл” и “Союзнефтегаз” продолжают участие в тендерах по разработке новых алжирских месторождений. По словам президента компании “Лукойл Оверсиз” (оператора международных добывающих проектов “Лукойла”) А.Кузяева, “Лукойл” поставил задачу сосредоточить к 2013 году на Ближнем Востоке 25% своих международных проектов. Алжир в этих планах занимает одно из первых мест. В то же время “Сонатрак”, “Лукойл”, “Газпром” подтвердили свою заинтересованность в создании совместных проектов по разработке углеводородных месторождений на территории России. В таких проектах могут участвовать и частные алжирские инвесторы. В Алжире за последние 10–12 лет сформировался слой крупных предпринимателей, стремящихся инвестировать средства за рубежом.
Таким образом на сегодняшний день очевиден интерес к этому североафриканскому государству со стороны ведущих российских компаний, созданы все условия для возврата России на алжирский рынок,. Уровень восприятия наших компаний в Алжире остается высоким, благодаря тесному взаимодействию двух стран в прошлом.

ПЕРСПЕКТИВА
В политическом отношении положение Алжира будет устойчивым в силу высокого регионального и международного авторитета страны, сбалансированного внешнеполитического курса. За последние годы достигнуты заметные успехи в решении важных политических и социально-экономических задач - запущен ряд адресных программ помощи населению, предприняты конструктивные усилия для достижения национального согласия с исламистами. Алжирским властям удалось предпринять важные шаги в сторону локализации конфронтации, достижения внутренней стабилизации и, что самое важное, мобилизации поддержки алжирской общественностью своего курса.
В целом можно констатировать, что внутриполитические риски в Алжире, большая часть которых сводится к проблемам безопасности, хотя и сохраняются на достаточно высоком уровне, но имеют ограниченный характер и контролируемы в рамках существующей в стране политической системы как минимум до тех пор, пока у власти находится президент А. Бутефлика. Важно и то, что благодаря нынешнему алжирскому президенту все больший акцент общественного и международного внимания смещается из политической плоскости в сторону поиска решений актуальных экономических проблем Алжира. А. Бутефлика стал ключевой фигурой, консолидирующей алжирское общество.
Очевидно, что Алжир органично “влился” в современную систему международных отношений, поддерживая ровные, сбалансированные отношения с основными центрами силы в мире (в том числе с Россией) и реализовывая собственные региональные инициативы, особенно на африканском направлении.
На экономическом уровне важным достижением стало урегулирование проблемы внешней задолженности страны. Выплатив только в 2006 году 11,8 млрд долларов, Алжир сократил долговую нагрузку с 75% ВВП в 1995 году до 6% ВВП в настоящее время. Это стало возможным благодаря возросшим поступлениям от нефтяного экспорта, что обеспечило стране устойчивый профицит торгового баланса и позволило увеличить золотовалютные резервы. Положительная макроэкономическая динамика, по всей видимости, сохранится и в 2010 году.
Главным гарантом устойчивости и динамичности сегодняшнего экономического положения Алжира, на наш взгляд, является нефтегазовая отрасль, которая процветает благодаря благоприятной мировой конъюнктуре цен на углеводородное сырье. Если во внутриполитических делах Алжира можно усмотреть некоторые элементы усиления авторитарных тенденций (что, правда, объясняется особыми обстоятельствами), то на экономическом направлении курс правительства приобрел отчетливый крен в сторону большей открытости и либерализации хозяйственной жизни. Исходя из этого, а также текущих и прогнозируемых показателей развития хозяйства, экономические риски в Алжире оцениваются как умеренные и предсказуемые. Уязвимое место экономики Алжира - ее зависимость от мировой конъюнктуры нефтяных цен. В то же время есть достаточно оснований полагать, что правительство воспользуется дополнительными доходами от нефтегазового экспорта для решения актуальных структурных проблем в экономике.
Необходимо также отметить, что на пути освоения алжирского рынка потенциальный российский инвестор столкнется с рядом трудностей практического характера, связанных главным образом с так называемой “бюрократической волокитой”. В то же время обнадеживает то, что правительство страны осознает характер и степень трудностей, испытываемых иностранными инвесторами, и обещает продолжать уже начатую работу по либерализации условий бизнеса и подтягиваться к международному уровню.
Эльдар Касаев, юрист-международник, специалист по инвестициям в энергетику стран Ближнего Востока и Африки

Источник: Opec.ru 

Теги: , , , , ,

Российское присутствие в нефтегазовой отрасли Туркменистана


Благодаря значительным запасам природного газа и наличию трубопроводной инфраструктуры в российском направлении, Туркменистан еще в советский период времени тесно взаимодействовал с Россией в рамках единого нефтегазового комплекса, обеспечивая поставки крупных объемов «голубого топлива». После распада СССР масштабы и интенсивность отраслевой кооперации резко снизились, а нефтегазовое взаимодействие между двумя странами приобрело принципиально новые формы и содержание.

В 90-х годах поставки туркменского природного газа в Россию осуществлялись в незначительных объемах и не на системной основе. Достижение договоренностей осложнялось отсутствием эффективной схемы взаиморасчетов и недальновидной политикой ельцинского руководства. Это вело к регулярным осложнениям в двусторонних отношениях, а также негативным образом сказывалось на состоянии нефтегазовой отрасли Туркменистана, толкая Ашхабад к поиску новых, альтернативных России партнеров.

Некоторые позитивные тенденции в российско-туркменском взаимодействии в нефтегазовой сфере стали очевидны лишь после прихода к власти в Кремле нового руководства во главе с В.Путиным. Именно тогда двухсторонним отношениям был придан динамизм, сформированы предпосылки для поиска более устойчивых схем и форматов сотрудничества. До начала мирового финансово-экономического кризиса объемы поставок туркменского газа в российском направлении устойчиво росли. С 2009 года ситуация в корне изменилась, началось резкое снижение объемов поставок, что, однако, обусловлено факторами явно выходящими за рамки двусторонних отношений.

Советский период

В советское время нефтегазовое взаимодействие между Россией (РСФСР) и Туркменистаном (Туркменской ССР) касалось в основном поставок газа с туркменских месторождений в Россию/российском направлении и координации действий по обеспечению функционирования системы магистральных трубопроводов «Средняя Азия – Центр» (САЦ). После распада Советского Союза вышеуказанная схема в целом сохранилась, однако, как мы уже сказали, значительно снизились масштабы и интенсивность самого сотрудничества (особенно в 90-х годах ХХ века).

Постсоветский период

Поставки газа. Начиная с 1993 года российский концерн «Газпром» стал регулярно блокировать транзит туркменского «голубого топлива» через систему трубопроводов САЦ. Основной причиной тому была неурегулированность контрактных соглашений между Туркменистаном и Россией по поводу поставок газа на Украину. С одной стороны, это было связано с тем, что «Газпром», выступая торговым посредником между Туркменистаном и Украиной и пользуясь своим монопольным доступом к российским газотранспортным коммуникациям, закупал туркменский газ по цене в 3-5 раз ниже, чем на европейском рынке, и затем перепродавал туркменское «голубое топливо» по более высокой цене.

С другой стороны, «Газпром» еще в начале 90-х годов столкнулся с такой сложной проблемой, как получение оплаты за газ от украинских потребителей, что мешало ему выполнять обязательства перед Туркменистаном. Украина зачастую не могла платить за газ даже низкую цену, во многих случаях предлагая бартерные схемы расчетов. Это, в свою очередь, нарушало весь алгоритм работы «Газпрома» по поставкам туркменского газа на Украину.

В этой связи у российского газового монополиста при операциях на украинском рынке возникла необходимость в посреднике, который мог бы брать на себя функции финансового и организационного обеспечения бартерных операций. Поэтому с 1994 года «Газпром» стал работать в Туркменистане в партнерстве с частной международной группой компаний (МГК) «ИТЕРА», которая долгое время и осуществляла посреднические функции финансового и организационного обеспечения поставок в Туркменистан различных видов товаров и услуг в обмен на газ. При этом «ИТЕРА» разработала многочисленные и достаточно гибкие схемы, с помощью которых доля оплаты валютой за поставленный Туркменистаном газ достигала 30%, а остальные 70% погашались поставками различного рода материально-технических ресурсов и услуг по заказам министерств и ведомств Туркменистана. Например, широкую практику получили поставки туркменского газа в обмен на продовольствие.

Однако, поскольку между Москвой и Ашхабадом не существовало межгосударственного соглашения, непосредственно касающегося взаимодействия по вопросам поставок/транзита газа, закупочная цена туркменского газа, а также имевшие место задержки платежей за газ были предметом крайне трудных переговоров и зачастую приводили к осложнению российско-туркменских отношений в целом.

Российско-туркменские «газовые споры» 90-х годов обусловили резкое снижение экспортного потока «голубого топлива» из Туркменистана и, как следствие, привели к кардинальному сокращению объемов добычи газа в республике. Многие скважины были законсервированы. По сравнению с советским периодом ежегодная добыча газа упала почти в 8 раз. Если к концу 80-х годов ХХ века в Туркменской ССР добывали почти 90 млрд. кубических метров газа ежегодно, то уже в 1998 году этот показатель составил всего лишь 12,4 млрд. кубических метров.

Положительные тенденции в российско-туркменском взаимодействии в нефтегазовой отрасли стали очевидны только лишь после прихода к власти в Кремле Владимира Путина и его команды. Договоренности, достигнутые в ходе визита президента В.Путина в Туркменистан в 2000 году (один из первых визитов нового российского руководителя в страны СНГ) и туркменского президента С.Ниязова в Россию в 2002 году, придали двухстороннему взаимодействию больший динамизм и сформировали предпосылки для подписания в 2003 году в Москве межправительственного соглашения о сотрудничестве в газовой отрасли на период до 2028 года.

Согласно данному соглашению, Туркменистан взял на себя обязательства на поставку в Россию около 1,7 трлн. кубических метров природного газа в течение 25 лет. В рамках соглашения «Газпром» (в лице своего дочернего предприятия «Газэкспорт») и «Туркменнефтегаз» заключили на тот же период долгосрочный контракт купли-продажи туркменского природного газа.

Согласно контракту, в 2004 году Туркменистан поставил в Россию 5,2 млрд. кубических метров газа, в 2005 году объем экспорта увеличился до 7 млрд., в 2006 году – до 10 млрд., в 2007 году – около 40 млрд., в 2008 году – более 47 млрд. кубических метров газа. В 2009 году «Газпром» планировал закупить в Туркменистане уже около 50 млрд. кубических метров газа (хотя эти планы реализовать не удалось в связи с последствиями мирового финансового кризиса и возникшими проблемами в российско-туркменском нефтегазовом сотрудничестве).

Новые направления сотрудничества. По мере увеличения объемов добычи газа в Туркменистане и, соответственно, роста объемов экспорта туркменского «голубого топлива» в Россию/российском направлении «Газпром» и в целом РФ стали проявлять заинтересованность в модернизации и увеличении пропускной способности имеющейся газотранспортной инфраструктуры, а также строительстве новых трубопроводов. Причем строительные проекты тесно увязывались Москвой с задачей не допустить появления альтернативных путей транспортировки углеводородов из Центральной Азии.

Кроме того, компании из России (в первую очередь, «Газпром», «ИТЕРА», ЛУКОЙЛ», «Стройтрансгаз») пытались получить возможность участия в добычных проектах в Туркменистане. Однако пока только лишь «ИТЕРА» допущена к разработке туркменских углеводородных месторождений. Данная коммерческая структура имеет в Туркменистане очевидные преимущества, так как успешно работает в стране еще с 1994 года и владеет активами в самых различных секторах экономики Туркменистана (не только в нефтегазовой сфере).

* * *

В целом реальные масштабы проектно-инвестиционной деятельности России и российских компаний в нефтегазовой отрасли Туркменистана пока крайне малы. По имеющимся данным, объем российских инвестиций составляет максимум всего лишь несколько десятков миллионов долларов. В соответствии с соглашением от 2003 года основные финансовые ресурсы направлены на поставку из России технологического оборудования для газовой отрасли Туркменистана, реабилитацию и модернизацию газопроводов, компрессорных и газораспределительных станций и т.п.

Столь низкая финансовая активность РФ и российских компаний во многом объясняется тем, что добыча углеводородов в Туркменистане и в первую очередь на суше контролируется государством. Для иностранных инвесторов в основном доступно освоение шельфовых месторождений на туркменском участке Каспийского моря на условиях СРП. Готовность же российских компаний принимать участие в проектах на морском шельфе пока крайне невысока. Одной из причин этого является то, что интересующие Россию и российский бизнес шельфовые месторождения углеводородов расположены вблизи туркмено-иранской морской границы. Статус Каспийского моря пока не определен, а Иран настаивает на увеличении своего сектора. Более того, освоение морских месторождений технологически более сложно, чем на суше, и требует дополнительных инвестиций.

В итоге, несмотря на достаточно высокий интерес Москвы к углеводородным ресурсам Туркменистана, а также тот очевидный факт, что российское направление в силу ряда инфраструктурных факторов остается ключевым в плане экспорта/транзита туркменского газа, все это пока так и не привело к укреплению российских позиций в туркменской нефтегазовой отрасли. В условиях обострения международной конкуренции за нефтегазовые ресурсы и маршруты их транспортировки, усложнения баланса сил и интересов в Центральной Азии России нужно искать новые стратегические решения в рамках как двусторонних, так и многосторонних схем. Только такие решения придадут прочность отношениям России с Туркменистаном и сделают устойчивыми российские позиции в туркменской нефтегазовой отрасли.

Владимир ПАРАМОНОВ (Узбекистан), Олег СТОЛПОВСКИЙ (Узбекистан), Алексей СТРОКОВ (Узбекистан)

Источник: Фонд стратегической культуры

Теги: , , , , , , , , ,

Foreign Policy: Закат западных нефтяных гигантов


Бразилия это последняя в мире крупная и неисследованная нефтяная кладовая. Она также пример того, как меняется соотношение сил в мировой нефтедобыче. В 2007 году, спустя десять лет после того, как правительство Бразилии открыло свою нефтедобывающую отрасль для иностранных инвестиций, государственная нефтяная компания Petrobras нашла одну из богатейших “нефтяных жил” за многие десятилетия. Воодушевленные редкой на сегодня возможностью для ведения разведки и освоения западные компании, такие как Chevron, Total, и BP, радостно выстроились в очередь, готовые вложить свои инвестиции.

Но чужаков притормозили. Бразилия, которая раньше создавала самую благоприятную среди стран Латинской Америки атмосферу для иностранных инвестиций, сегодня усиливает роль государства в разработке своих обширных нефтяных месторождений. И делает она это с помощью Китая, предоставившего недавно Petrobas крупный кредит. Таким образом, старые гиганты “большой нефти” сегодня все чаще становятся лишними.

Такая ситуация складывается не только в Бразилии. Это лишь самый свежий пример сотрудничества между Китаем и правительствами других стран во всем мире, которое полностью перекраивает нефтяную отрасль.

Главные открытия Petrobras сделала на месторождении Тупи. Это часть огромной нефтеносной зоны в так называемом предсолевом слое. Нефть залегает под толщей воды до трех километров глубиной и под слоем соли, толщина которого также составляет тысячи метров. Petrobras отказывается назвать точную цифру запасов, но независимые аналитики считают, что в этом предсолевом регионе может находиться от 50 до 70 миллиардов баррелей. Правительство отреагировало на эти новости тем, что предложило принять важный и многое меняющий закон, нашедший в начале этого года поддержку в нижней палате парламента, и переданный недавно на рассмотрение в сенат.

Согласно новому закону, Petrobras становится оператором всех предсолевых нефтяных месторождений, получая полномочия для принятия повседневных инвестиционных решений, например, где и когда бурить скважины. Другая мера в этом направлении предусматривает предоставление права вето на инвестиции в предсолевых блоках компании Petrosal. Это новая, на все сто процентов государственная компания, созданная параллельно Petrobras. Ее акциями торгуют биржи в Сан-Паулу и Нью-Йорке.

Частные нефтяные компании с вложениями в Бразилии выражают обеспокоенность тем, что новая модель регулирования превратит их в пассивных инвесторов в нефтяные проекты, лишенных полномочий принимать оперативные решения. Крупные нефтяные компании утверждают, что разведка и освоение трудных нефтяных месторождений будет осложнена тем, что их опыт, знания и технологии исключены из данного процесса. Французская нефтяная фирма Total, например, похвасталась в прошлом году, что ее технические знания и опыт могут “привнести что-то новое” в разработку предсолевых месторождений. Один руководитель из нефтяной отрасли в Бразилии сказал недавно, что предложенный законопроект “не соответствует интересам [государственной] компании. Он не соответствует интересам государства, получающего налоги, и отрасли как таковой”.

Эти аргументы больше основаны на личной заинтересованности, нежели на фактах. Petrobras, являясь, пожалуй, самым компетентным в мире оператором глубоководных месторождений, заявляет, что у нее есть и технические, и управленческие навыки, чтобы осваивать предсолевые залежи самостоятельно. “Став оператором всех предсолевых месторождений, Petrobras обретет новые силы”, - заявил недавно инвесторам в Нью-Йорке финансовый директор компании Алмир Барбасса (Almir Barbassa).

Гораздо большую обеспокоенность у руководителей и аналитиков Petrobras вызывает вопрос о способности компании профинансировать такой масштабный проект. Несмотря на хорошие кредитные рейтинги Petrobras и доступ компании к дешевым кредитам через Бразильский банк развития, остается неясным, как она обеспечит финансирование столь крупного инвестиционного портфеля в долгосрочной перспективе. В марте Petrobras объявила о крупном пятилетнем инвестиционном плане на сумму до 220 миллиардов долларов. Petrobras прогнозирует, что капиталовложения на 2010 год составят 47 миллиардов долларов, что на 60 процентов больше, чем у Exxon Mobil или Royal Dutch Shell, известных самыми крупными вложениями среди ведущих частных нефтяных компаний.

Руководство Petrobras исколесило весь мир от Нью-Йорка до Лондона, проводя кампанию, цель которой убедить акционеров, держателей облигаций и кредитных аналитиков, что инвестирование средств в его фирму это хорошее долгосрочное вложение. Но аналитиков с Уолл-стрит, которые скептически отзываются о новом законе, убедить не удалось. Они опасаются, что излишнее государственное вмешательство может погубить инвестиционные возможности.

А у китайских инвесторов таких сомнений, похоже, не было, и их глубокие и полные карманы помогли поставить программу капиталовложений Petrobras на рельсы. В прошлом году государственный Китайский банк развития согласился выделить Petrobras кредит на сумму до 10 миллиардов долларов – то есть, более трети тех средств, которые компании удалось собрать в 2009 году. Предварительное соглашение между Китаем и Бразилией было достигнуто во время визита заместителя председателя КНР Си Цзиньпина в Южную Америку в прошлом году. А окончательно оно было заключено 15 апреля, когда председатель Ху Цзиньтао встретился со своим бразильским коллегой Луисом Инасиу Лула да Силвой. Кредит может погашаться деньгами, но в договор включено положение о том, что “долг может выплачиваться поставками нефти … в объемах, которые будут определены позднее”.

Одновременно Petrobras обязалась увеличить свой экспорт в Китай. Она в 2009 году дала согласие китайской государственной компании Sinopec на поставку 150000 баррелей нефти в день. В течение девяти предстоящих лет этот объем вырастет до 200000 баррелей в день. По данным китайских таможенных органов, импорт бразильской сырой нефти вырос с 81500 баррелей в день в прошлом году до 187000 в первые два месяца текущего года. Соглашением устанавливается механизм дальнейшего партнерства между Petrobras и китайскими компаниями в нефтяной отрасли, а также схема предоставления китайскими фирмами услуг и организации поставок материалов и оборудования для бразильской фирмы. Отдельно Petrobras подписала соглашение с China National Petroleum Corp, которое предусматривает увеличение экспорта нефти до 40000-60000 баррелей в день.

Китайский кредит облегчит финансовую нагрузку на Petrobras и снизит потребность в поиске частного капитала для дорогостоящей разработки бразильских нефтяных месторождений. Таким образом, американские и европейские нефтяные компании, традиционно доминировавшие в бразильской нефтяной отрасли по объемам частных инвестиций, все больше оттесняются на второй план. Имея финансовую поддержку со стороны Китая, Бразилии не нужно передавать свои резервы иностранным нефтяным компаниям. “Правительство твердо намерено сохранить большую часть предсолевых запасов нефти в руках Petrobras”, - отмечает один нефтяной аналитик.

Для обеспечения долгосрочных нефтяных поставок со всего мира Китай использует все имеющиеся в его распоряжении средства и инструменты, включая огромные финансовые резервы и политическое влияние. Кроме Бразилии, Китай в прошлом году предложил заключить сделки по принципу “кредиты в обмен на нефть” на общую сумму 50 миллиардов долларов таким государствам, как Венесуэла, Ангола, Россия, и Казахстан. Партнеров Китая привлекает то, что Пекин предлагает им живые деньги без дополнительных обременительных условий. В случае с Бразилией Китай не требует для себя доли в предсолевых нефтяных блоках, а западные компании поступают таким образом почти всегда. Такие соглашения не являются прямыми коммерческими сделками – скорее, это попытка создать более масштабные политические альянсы между развивающимися странами, проводящими политику экономического развития под руководством государства.

В результате государственные нефтяные компании, такие как China National Petroleum Corp, вытесняют мировых гигантов – Exxon, ВР и так далее. Китайцы, обладающие огромными валютными запасами и упорно стремящиеся обойти конкурентов, захватили значительную долю нефтедобычи в Казахстане. В Анголе кредиты помогли государственным нефтяным компаниям заполучить весьма ценные активы. Например, в 2004 году ангольское правительство не дало индийской государственной компании Oil and Natural Gas Corp приобрести 50-процентную долю в крупном нефтяном месторождении, но позднее передало ее Sinopec.

Китай не единственная страна, реализующая такую стратегию. Правительство России, например, заключает двусторонние энергетические соглашения, дающие его государственным компаниям доступ к нефтяным запасам дружественных стран. Поскольку эти страны для получения прибыли тратят большие средства, крупным нефтяным компаниям США, видимо, придется соглашаться на те договорные условия, которые они ранее считали неприемлемыми. В Ираке, являющемся еще одной важной нефтяной кладовой мира, лидеры отрасли, такие как Exxon, Shell и BP, в ходе послевоенных тендеров согласились на договоры об оказании услуг, но не на долю в проектах, причем с выплатой в размере 2 и менее долларов за баррель. Такие условия вряд ли дадут им большие прибыли.

Когда правительство Бразилии начнет выдавать разрешения на разработку новых месторождений, у большинства западных нефтяных гигантов еще будет возможность ухватить свою долю предсолевых запасов. Но этот трофей будет лишь слабым подобием тех прибылей, к которым они привыкли, передает inosmi.ru.  Лиза Вискиди (LISA VISCIDI)

Источник: «Нефть России»

Теги: , , , , , , ,

Апокалипсис, но не сейчас


Практически одновременно в открытом доступе появились два аналитических доклада, предрекающие скорый спад добычи нефти и, в итоге, взлет цен на нее.

Один доклад подготовлен Объединенным военным командованием США под вывеской «Совместная оперативная обстановка» (JOE 2010). Авторами второго стали преимущественно российские эксперты, работавшие под эгидой Программы развития ООН. Оба документа предупреждают о грядущих перебоях в энергоснабжении.

Если верить ооновскому докладу, «сокращение доказанных извлекаемых нефтяных запасов в России через 20-30 лет превратилось в реальную угрозу, в основном из-за недостаточной разведки недр в последнем десятилетии и усложняющихся условий разработки в отдаленных районах с суровым климатом… С газом положение несколько лучше, поскольку запасы его огромны и их хватит на 70 лет. Тем не менее, прогнозируемое опустошение газовых запасов приблизилось за последние 10 лет на 9,4 года, сведя на нет возмещение за счет разведки».

Это означает, что через два-три десятилетия у России больше не будет нефти на экспорт, а в рамках одного поколения и газовые запасы в стране могут оказаться исчерпанными, если в коммерчески доступных регионах не будет сделано новых открытий.

Доклад американцев добавляет к мрачной картине перспективы глобального масштаба. «Для покрытия мирового спроса на энергию к 2030 году нам потребуется ежегодно прибавлять по 1,4 млн баррелей к среднесуточному уровню добычи, - считают военные эксперты. – В течение следующих 25 лет уголь, нефть и природный газ останутся незаменимыми источниками удовлетворения проса на энергию. Темпы открытий новых нефтяных и газовых месторождений за последние два десятилетия (за исключением Бразилии) не дают особых поводов для оптимизма. Инвестиции в добычу нефти только начинают выправляться, и добыча в лучшем случае может начать стагнировать долгое время. К 2030 году миру потребуется 118 млн баррелей в сутки, а поставщики смогут обеспечить лишь 100 млн, если не произойдет крупных перемен в инвестировании и масштабах бурения… Уже к 2012 году избыток предложения нефти может исчезнуть».

В нефтегазовом сообществе такие предупреждения раздаются давно и постоянно, причем прогнозные даты исчерпания запасов отодвигаются все дальше в будущее. Не исключено, что и новые обещания коллапса в добыче имеют главной целью удержать нефтяные и газовые цены на высоком уровне. Что же касается военизированных предсказаний, то описание будущего кризиса имеет под собой привычную причину – стремление администрации США заручиться поддержкой союзников перед лицом нарастающей глобальной угрозы.

Поставщики энергоносителей не согласны с такой постановкой вопроса. «Полагаю, что спрос начнет падать раньше, чем упадет добыча, - заявил на пресс-конференции в Париже советник саудовского министра нефти Ибрагим аль-Муханна. – Спрос в развивающихся странах еще какое-то время будет расти, но и он определенно пройдет пик в этом или в будущем десятилетии». Михаил Крутихин

Источник: RusEnergy

Теги: , , , ,

Москва отдаст Франции часть “Южного потока”


“Газпром” и итальянская ENI отдадут по 10% в проекте газопровода “Южный поток” в пользу французской Electricite de France (EDF). Об этом заявил журналистам премьер-министр России Владимир Путин после встречи с премьер-министром Италии Сильвио Берлускони. “Согласованно сделаем - и мы, и итальянцы“, - сказал Путин, отвечая на вопрос, каким образом французская компания получит 20% в этом проекте. В июне на Петербургском экономическом форуме будут подписаны соответствующие документы, добавил глава российского кабмина. До этого момента заявлялось о том, что EDF должна получить минимум 10%. Газопровод “Южный поток”, который должен снизить зависимость поставщиков и покупателей от стран-транзитеров, в частности, от Украины и Турции, пройдет по дну Черного моря из Новороссийска в болгарский порт Варна, напоминает РИА Новости. Далее две его ветви пройдут через Балканский полуостров в Италию и Австрию. Инвестиции в проект оцениваются в 25 миллиардов евро. По плану, газопровод должен вступить в строй к 2015 году. По трубе мощностью 63 миллиарда кубометров в год должно экспортироваться около 35% российского газа в Европу. Как говорят специалисты, газопровод заработает в конце 2015 года. По меньшей мере, об этом недавно заявлял председатель правления “Газпрома” Алексей Миллер. Впрочем, два года назад назывался другой срок – 2013 год, напоминают “Ведомости”. “Никаких задержек по “Южному потоку” у нас пока нет“, - заявил накануне Путин. А если все-таки будут, можно увеличить прокачку по “Северному потоку”, строительство которого стартовало в начале апреля, добавил премьер. Этот газопровод тоже несколько раз задерживался: впервые о нем заговорили еще в 1990-х, а начали строить в 2010 году. Некоторые эксперты нефтяной отрасли говорят о том, что “Южный поток” не поможет “Газпрому” увеличить экспорт газа в Европу, но увеличит стоимость доставки в три раза по сравнению с нынешним маршрутом через Украину. Впрочем, Владимир Путин объяснил, что такова плата за спокойствие.

Теги: , , , , , ,

WP: 12.52MB | MySQL:24 | 0.780sec